Дипломированный чародей/ Кн.1-3 стр. 114
что противостоять будет инеистым великанам, жить нам осталось куда меньше, чем на роду предначертано.
— Прошу прощения… сэр, — пролепетал Ши.
— Да ладно. Не бери в голову. Давай сыграем-ка лучше в вопросы и ответы, как в тот раз, помнишь? Скудны и печальны мысли, рождаемые томительной тишиной!
Несколько часов они убили, бомбардируя друг друга вопросами о мирах, которые каждый из них представлял. Впрочем, за временем в этом зловещем заведении можно было следить разве что по наступлению часа кормежки и периодическим «Ингви — гнида!» из соседней камеры. Где-то после восьмого такого вопля Стегг очнулся от дремоты, куда-то сходил и вернулся со стопкой мисок. Миски он расставил перед дверями камер в коридоре. В каждой имелась ложка; предполагалось, что узники должны есть через решетку. Ставя миску перед камерой Ши, он величественно заметил:
— Король смотреть, как подданные кушать!
То, что он туда навалил, представляло собой нечто вроде овсянки с крохотными кусочками рыбы, довольно кислой на вкус. Ши не в чем было обвинить своих товарищей по несчастью, когда они разразились громкими жалобами на качество и количество пищи, на которые Стегг, надо сказать, не обратил ни малейшего внимания. Он безмятежно клевал носом на своей табуретке, пока арестанты не умолкли, а потом собрал миски и куда-то унес.
Когда дверь распахнулась
в следующий раз, на пороге стоял уже не Стегг, а какой-то другой тролль. В неверном свете факелов обнаружилось, что данный экземпляр, если можно так выразиться в подобной ситуации, явно проигрывал в красоте своих черт сменщику. Если у того нос представлял собой обыкновенную равноправную часть лица, у этого, наоборот, казалось, что именно нос и является основной деталью, к которой приделана вся остальная жутковатая рожа — торчал он на добрых восемнадцать дюймов. Двигался новый тюремщик проворно, как-то по-кошачьи. Узники, которые в смену Стегга шумели и галдели почем зря, теперь попритихли.
Он напористо ворвался в камеру.
— Новенькие? — рявкнул он. — Я — Сногг. Ваша вести себя хорошо — никто вашу не трогать. Вести себя плохо — сразу вж-жик!
Он чиркнул себя пальцем по горлу, дабы продемонстрировать, как будет выглядеть в случае чего этот самый «вж-жик», и, развернувшись к ним спиной, направился вдоль коридора, подозрительно заглядывая в каждую камеру.
Ши ни разу в жизни не приходилось спать на голом каменном полу. Поэтому он был крайне удивлен, когда по прошествии неопределенного промежутка времени проснулся и обнаружил, что это ему удалось — с теми, правда, последствиями, что он весь окоченел и едва мог пошевелиться.
Потягиваясь, он поднялся на ноги.
— Долго я спал? — поинтересовался он у Хеймдалля.
— Не могу сказать. Собрат наш по несчастью, который недолюбливает некоего Ингви, почему-то прекратил испускать свои вопли.
Длинноносый надзиратель все расхаживал по коридору. Несколько одуревши со сна, Ши никак не мог припомнить его имя, поэтому обратился попросту:
— Эй, ты, с носом! Скоро ли зав…
Тролль обернулся, как ужаленный.
— Это как твоя мою называть?! Вонючий червяк! Я… вж-жик!
Он бросился в нишу с искаженной от бешенства рожей, вылетел оттуда с полным ведром воды и выплеснул ее прямо в изумленную физиономию Ши.
— Сын невенчанных родителей! — бушевал тролль. — Моя жарить твою на медленный огонь! Я Сногг! Моя тут владыка! Звать мою как полагается!
Хеймдалль, укрывшись