Дипломированный чародей/ Кн.1-3 стр. 27
яд тот в одеждах моих проел преобширные дыры. Глаза его были, что щиты боевые, а зубы вот такие… — Тор раскинул руки в темноте, дабы наглядно показать, какой длины были зубы. — Тащил я, и Змей тащил тоже. Пояс силы на мне был, и ноги мои чуть дно не сломали у лодки. И втащил я почти это чудище в лодку, когда… Чтоб мне лопнуть, если вру — этот кретин Хрюмир струсил и перерезал леску! Это ж надо? Попалась самая крупная добыча, которая выпадала когда-либо рыбаку — и она ушла!
Завершил Громовержец на трагической ноте:
— Устроил Хрюмиру я добрую взбучку! Вовек не забудет гнев Тора он. Но никакое возмездие не вернет уж мне трофей, украсить способный стены Трудхейма!
Тьяльви наклонился к Ши и потихоньку пробормотал:
Не хвались, человек,
Зверем, что убежал,
Или рыбой, сошедшей с крючка.
Хоть они и крупней
Несравненно, чем те,
Чьи шкуры на стенах висят!
Так, по крайней мере, считает Драпар из Атли.
Локи закудахтал — слух у него оказался неплохой.
— Истинно, малыш, истинно! Если бы кто другой, а не наш друг и великий защитник рассказывал эту историю, я бы ни за что не поверил.
— Ты сомневаться смеешь? — зарычал Тор. — Испытать захотел мою руку?
Он взметнул кулак. Локи увернулся. Тор рассмеялся — раскатисто, добродушно.
— И боги, и смертные в одном солидарны. Две вещи сомненью они подвергают: байки рыбацкие да женскую добродетель.
Он завернулся в одеяло, пару раз глубоко вздохнул и моментально захрапел. Локи и Тьяльви тоже притихли.
Страдая от бессонницы, Ши мысленно перебирал события дня. На новом поприще он выступил отвратительно. Это его очень расстраивало, поскольку он начинал испытывать к своим спутникам нечто вроде симпатии, даже к буйному и неприступному Тору. Этот здоровяк — отличный парень, из тех, на кого всегда можно положиться, особенно в кризисных ситуациях, когда требуется безоглядное мужество. Добро и зло для него наверняка разделены четкой прямой
чертой: по одну сторону — белизна мела, по другую — чернота угля. Конечно, его раздражает, когда выясняется, что окружающие лишены этой силы и простоты.
А вот в Локи Ши далеко не был уверен. Конечно, Дядюшка Лис сохранил ему жизнь, но Ши подозревал, что хитрец руководствовался при этом какими-то своими соображениями. Локи собрался его как-то использовать, причем не только в качестве объекта для насмешек. Острый ум Лиса явно засек незнакомые приспособления, которые Ши притащил с собой из двадцатого столетия, и уже наверняка искал им применение.
Но почему же все эти чудеса науки и техники так его подвели? Почему он оказался не в состоянии прочесть простой английский текст?
А был ли он английским? Ши постарался представить свое собственное имя в письменной форме. Это удалось ему довольно легко. Стало быть, переместившись в пространстве и времени, он не стал неучем. Хотя минуточку, что же это такое? Он старательно сосредоточился на веренице букв, представшей перед его мысленным взором, и увидел следующее:
«Гарольд Брайан Ши» — прочитал он. В то же самое время он сознавал, что перед ним отнюдь не буквы латинского алфавита. Он попытался мысленно написать другое слово — «человек». Оно обрело такую форму:
Что-то было не так. Слово человек, как он смутно