Дипломированный чародей/ Кн.1-3 стр. 81
стола и оттуда принялся молча буравить взглядом Лиса, которому ничего не оставалось, как платить ему той же монетой.
Тьяльви прошептал ошеломленному Ши:
— И так всякий раз. Чуть соберутся втроем-вчетвером — и пошло, и пошло… Ведь именно Они должны подавать нам пример благородства! А посмотришь — ну просто шайка пьяных берсерков.
— А все-таки: кто такие Они?
— Ты что, правда ничего не знаешь? — Глаза Тьяльви были полны откровенного деревенского недоумения. — Просто с ума сойти. Знаешь, если бы ты не попросил репы, я бы тебе ни за что не поверил. Ну вот, смотри: тот, что сцепился с Хеймдаллем — это Локи. Рядом с ним, здоровый такой, рыжебородый — Тор. Старик, Странник — Один. А толстый — Фрейр. Ну что, узнал наконец?
Ши пристально посмотрел на Тьяльви, но не увидел в его лице ничего, кроме абсолютной серьезности. Может, формула вызвала у него продолжительный сон, граничащий с бредом? Или его просто разыгрывают? А может, эти пятеро действительно какие-то скандинавские вожди, зачем-то называющие себя именами, позаимствованными в замшелом северном пантеоне? Единственная оставшаяся версия — что перед ним и в самом деле боги — по-прежнему выглядела слишком уж дико. Хотя эти птицы… И взгляд Странника, который он испытал на себе… А Одина всегда изображали одноглазым…
Меж тем рыжий гигант — тот, которого звали Тор — встал и пошел к двоим, которых Тьяльви окрестил Одином и Фрейром. Они пошептались, собравшись в кружок и заговорщицки сблизив головы. По окончании конференции Один поднялся, нахлобучил свою бесформенную шляпу, завернулся в голубой плащ, глотнул на посошок медовухи и широким шагом вышел за дверь.
Как только та захлопнулась, Локи с Хеймдаллем повскакали было со своих мест, но Тор с Фрейром тут же их остановили.
— Хватит! Сыны Асгарда, поберегите себя до Времени!
Тор усмехнулся.
— А если вам так хочется подраться, давайте со мной! — И поднял кулак величиной с окорок.
Противники притихли.
— Спать пора. Пойдем, Локи. И ты, Тьяльви.
Тьяльви с недовольной миной поднялся.
— Утром я замолвлю за тебя словечко перед Дядюшкой Лисом, — шепнул он на прощанье. — Хотя знаешь, работать на асов — это тебе не орешки щелкать. Народ они горячий. Но все же лучше быть с ними, чем без них, когда наступит Время. Знаешь, как Ульф-поэт говорит:
Когда грохот дружин,
И дрожит вся земля,
Знамя даже важнее оружья!
Спокойной ночи.
Трудно сказать, так ли уж хотелось Ши работать каким-то там «ворлоком» у Локи. Да и сам Локи чем-то ему не приглянулся — было в нем что-то скользкое, неприятное. Вот Хеймдалль — дело другое, — думал он, — честный, благородный воин, хоть и с чувством юмора туговато.
За дверьми что-то загромыхало, потом оттуда высунулась голова Сверра. Он обвел глазами комнату и снова исчез. Исчезли и дородные скандинавские красотки — ушли, прихватив с собой деревянные блюда. Обитатели дома определенно укладывались спать, а вот у Ши сна ни в одном глазу не было. Времени-то от силы девять. Впрочем, здесь и ложатся, и встают по солнцу — с факелами не особо-то рассидишься ночью. Неужели и у меня, — размышлял Ши, — появится эта дикая привычка? Не исключено — особенно если не получится вернуться обратно. Мысль эта была не из веселых. Но, черт