Библиотека

Диспноэ стр. 235

Размер шрифта
-
+
Тема

отдела скрывалась все та же девочка, которой отчаянно хочется спрятаться от врагов под столом.

– Не выходи из дома, пока я не приеду.

С этими словами Кирилл сбросил звонок и поймал на себе понимающий взгляд Милы.

– Так быстро бьется сердце.

– И что?

– Ничего, – пожала плечами она и нежно улыбнулась. – Чувствую, твое сердце там, по другую сторону звонка.

– Бред, – бросил Кирилл и выскочил за дверь, на ходу накидывая пиджак.

В том, что Мила вновь ударила в десятку, он ни за что никому не признался бы.

d91f7ff10844d620206201b750839d0a.png

Глава 10. Послания и предупреждения

– Если на вашей вечеринке нет мертвой русалки, фигня эта ваша вечеринка, – бормотала Лиза, осматривая в свете фонарика на айфоне распятое синюшное тело. Совершенно голое. На первый взгляд, человеческое. Можно спутать, если не знать, как сохнет кожа русалок без воды, как выцветают до грязно-седого их волосы, как трескаются губы, как тела синеют и воняют болотной тиной, а не разложением.

Голос Воронцова, которому зачем-то позвонила Лиза, успокоил куда лучше, чем равнодушный тон дежурного.

«Не выходи из дома, пока я не приеду». Так приятно и тепло, будто о ней и вправду заботятся. И кто? Тот самый Воронцов, который всего неделю назад пытал своим невыносимым взглядом.

На самом деле Лиза собиралась позвонить Нику, но в последний момент передумала и зачем-то нажала на контакт «Четырехглазый». Внутреннее сопротивление сломалось в ней после вечера откровений. И удара, который Воронцов почему-то простил. Правда, отомстил гад красиво – приставил к ней Родина, но, похоже, даже эта месть была продиктована… заботой. Внутренне Лиза откуда-то это знала, и потому в минуты, наполненные кровавыми детскими воспоминаниями, пальцы сами набрали его контакт.

Лиза не привыкла полагаться на кого-то. Не привыкла к слабости. С ранних лет ей приходилось держаться из последних сил, ведь каждый встреченный на пути человек или демон жаждал ее сломать. Она почти ломалась, но восставала из пепла, отращивая броню… под которую сама же пустила не только Ника, но и теперь Воронцова. Позволила увидеть свою слабость, рассказала о детстве. Сегодня Лизе хотелось, чтобы ей помогли. В одиночку она, кажется, скоро сойдет с ума. Похоже, этого и добивалась дорогая мамочка.

С крыши машины живописно стекали потеки крови. Явно не русалочьей. Человеческая. С другой ни мать, ни Гордий дела не имели. Маньяки хреновы!

Руки русалки пришпилили гвоздями к лобовому стеклу, по которому расползлась паутина широких трещин. Отсылка к трупу Давыдова.

– Я и так знаю, что вы, суки, замешаны в этих убийствах. Я не тупая! Не нужны мне ваши ребусы! – рыкнула Лиза в пустоту, чувствуя, как дрожат руки то ли от ярости, то ли от страха.

Воспоминания подкрались хищниками, заскреблись внутри в немой просьбе расслабиться хоть на миг. Поддайся Лиза этим мольбам, и память захлестнет штормовой волной. Как выбраться потом из колодца фантомной боли? Как отмыться от грязи, которая на ее руках уже пятнадцать лет?

Вода везде. В ушах, в глазах, во рту. На шее чья-то мертвая хватка. Воздух заканчивается, но Лиза отчаянно бьет руками и ногами в бессознательном желании выбраться. Она должна выбраться. Она не умрет! Не после того, что вынесла!По телу ползут как будто сотни рук, но на самом деле их всего две. Водная
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.