Диспноэ стр. 261
в ладони, пополз вверх, по предплечью к плечу, перекинулся на грудь. Опустился в живот и сполз в ноги, до самых пяток. Ник казался себе сгустком почти обжигающей магии. Судя по изумленным глазам Алана, он ощущал себя примерно так же. Впрочем, ему было куда хуже. Зрачки Алана пылали алым пламенем, а по лицу катились градины пота. Ник и забыл, что он – чистокровный демон, значит, нахождение в соборе должно причинять ему боль.
– Произнеси клятву, – велела Нина Ивановна Алану.
– Клянусь всеми силами помогать Николаю Баркалову в поисках демоницы, что скрывается под именем Елены Кёлер, и ее приспешников, сделать все, что в моих силах, чтобы схватить их живыми или мертвыми, – с готовностью произнес демон, и впервые за две короткие встречи взглянул на Ника серьезно. Даже с вызовом. Он знал, что найдет. Лучше него не появилось никого за все четырнадцать лет.
– Теперь ты. – Нина Ивановна повернулась к Нику.
– Клянусь освободить демона Алана от действия ритуала, как только он исполнит свою клятву.
«Ага, от ритуала освобожу и тут же надену на него спецнаручники. Вернется в свою камеру, она даже проветриться не успеет», – мысленно обещал Ник, чувствуя, как тепло на месте прикосновения порезов превращается в жар. Они обжигали друг друга ладонями, но не могли расцепить их.
– Скрепляю ритуал цепью, – сказала Нина Ивановна и зачерпнула пальцами кровь из чаши.
Она коснулась шеи Алана и обвела ее по кругу, тем самым нарисовав кровавый ошейник. На кадыке выписала вязь из трех рун, и вся нарисованная конструкция, мигнув, исчезла с шеи демона, как и не было. Ник взволнованно втянул воздух. Кровавая метка – признак черномагического ритуала. Спасибо, Лиза, придумала так придумала.
Однако срываться с поводка было уже поздно, и такой же кровавый ошейник, как у Алана, через пару минут испарился с шеи Ника.
Нина Ивановна заметно побледнела. Темное колдовство выпило из нее много сил. Она аккуратно развязала ленту, смотала ее в клубочек и передала Нику. Он принял ее свободной рукой, все еще не решаясь расцепить рукопожатие с Аланом.
– Сохрани эту ленту. Отпустить должника сможешь, бросив ее в огонь. Когда лента догорит, он обретет полную свободу. Носи ее с собой, куда бы не пошел, чтобы не потерять, иначе ритуал уже не отменить. Теперь можете разорвать рукопожатие. С этого момента вы связаны цепью ритуала и обязаны исполнить клятвы.
Нина Ивановна опасно пошатнулась, и Ник поспешил усадить ее на ближайший стул. Она благодарно кивнула и пробормотала почти шепотом:
– Полейте раны мертвой водой, и они затянутся. Потом выпейте по глотку. Вам нужны силы, чтобы добраться до дома.
Сердце Ника до сих пор клокотало в груди бешеной птицей, поэтому он не сразу ощутил, как быстро обессилело тело, стоило разорвать рукопожатие. Из него будто выпустили воздух, как из воздушного шарика, а вместе с ним незаметно испарились и силы. Алан, несмотря на бодрую улыбку, стал еще бледнее, чем несколько минут назад. Оба потянулись к бутылке с мертвой водой одновременно, но, соприкоснувшись пальцами, Ник отдернул руку. Алан усмехнулся, ничего отдергивать не стал и первым схватил желанную целебную воду.
Он сделал глоток из горлышка и на секунду в наслаждении прикрыл глаза. Рана на его ладони затянулась на глазах, оставив