Диспноэ стр. 335
росло множество деревьев, скрывая его от редкого петроградского солнца.
Как только они вышли из машины, Эмиль сдал назад, выезжая со двора. Он перекинулся с наставником парой слов, опустив стекло, и уехал. Алан закрыл ворота и бодро зашагал к ним по каменной дорожке. Теперь ничто не выдавало в нем вчерашнего заключенного Проклятого собора. Особенно кроссовки, за которые Алан явно отвалил три-четыре средние зарплаты.
– Ого! Дядя Алан, ты просто рок-звезда! Если позовешь, так уж и быть, выйду за тебя замуж, – восхитилась Лиза, отчего Алан просиял, как начищенный самовар. Он обожал похвалу. Полезно знать.
– Боюсь, Лизавета, ты сбежишь уже через неделю, – хохотнул Алан и насмешливо взглянул на Кирилла: – Неужели вы тоже ищете приюта в моем скромном жилище, Кирилл Алексеевич?
Ну вот, Кирилл знал, что так и будет.
– Не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством, но я слабо представляю, как выбраться отсюда, раз уж Эмиль уехал, – процедил он в ответ.
– Например, на автобусе, господин оперативник. Гостеприимства во мне нет ни капли. Есть только прагматичность. Нико я выгнать не могу, Лизу выгонять не хочу, а вас… а на вас мне плевать. Зачем-то же вы притащили с собой сумку, значит, не планируете возвращаться домой. Мне даже любопытно почему.
– На дом установили защиту.
– Понимаю. Теперь вы бездомный на трое суток, потому что боитесь оставаться в незащищенных стенах. Как прозаично, когда дворянину некуда податься.
– Хватит болтать. Я вызову себе такси и переночую в гостинице. У меня к тебе серьезный разговор.
– Какой грозный начальник. Я почти испугался, – съязвил Алан, поднимая руки, да так и пошел в дом, не опуская их.
– Мне сейчас очень хочется выстрелить ему в затылок. Это же ненормально? – шепнул Ник.
– В тебе прибавилось агрессии, ты в курсе? Может, к психологу? – усмехнулся Кирилл.
– Только после тебя.
Лиза окинула их неприязненным взглядом и молча покатила свой набитый чемодан к дому. Ник указал на нее глазами. Кирилл с тяжелым вздохом нагнал Кёлер, выхватил у нее ручку чемодана и покатил сам. Пластиковые колесики бодро цокали по плитке, пока Лиза бурчала что-то про предателей, которые по-идиотски заглаживают свою вину. Чемодан не отбирала, значит, не так уж обиделась. И когда Кирилл успел превратиться в тряпку? Сам не заметил.
Алан распахнул перед ними резную деревянную дверь и позволил войти в дом. Они прошли в небольшой уютный холл, отделанный деревом. Интерьер, конечно, несколько устарел, но оно и понятно – хозяину некогда было следить за модой в Проклятом соборе. Четырнадцать лет назад этот дом назвали бы очень стильным. Сейчас он казался просто уютным. Что странно, здесь не пахло сыростью. В доме наверняка провели уборку.
– Пахнет выпечкой, – выпалил Ник, сбрасывая лоферы.
– Оказывается, за столько лет я не разучился готовить. В духовке стоит осетинский пирог, – похвастался Алан. Его лицо прямо-таки лучилось самодовольством.
Кирилл и Ник покосились на него с недоверием.
– Только не говорите мне, что великая и ужасная ищейка любит готовить, – съехидничал Баркалов.
– Это сейчас сказал ты, малыш. Когда попробуешь, удивишься еще больше. Я с особой любовью готовлю блюда моей Родины. Эти шедевры хвалили все, кто пробовал. Одна особа даже влюбилась, правда, мне ее одержимость радости не принесла. – С этими словами Алан покосился на Лизу, отчего в голове