Дитя любви стр. 135
страны, а потому, что мы были женщинами, которые хотели уберечь своих мужей!
Это было как откровение Господне: я любила Ли, и мы должны были пожениться, он знал о Карлотте, и он все понял! Он собирался помочь мне, он будет ей прекрасным отцом! Давно я не чувствовала себя такой счастливой, но вскоре меня снова начали одолевать воспоминания о Бомонте Гранвиле: он приходил ко мне во сне. Сначала это был Ли, но, когда он подходил ближе, его лицо превращалось в лицо Бомонта Гранвиля. Я начала испытывать смутные опасения.
Приближался день нашей свадьбы. Дом весь кипел от приготовлений. Из кухни доносились запахи жареного мяса и пирогов. Моя мать пребывала в полном блаженстве. Она выбросила из головы все мысли о том, что в стране может разразиться беда. Ее семья была вокруг нее, Эдвин женился на девушке, которую она сама ему подыскала, и, по ее словам, она всегда хотела, чтобы мне достался Ли.
— Ли — настоящий мужчина, как твой отец, и ты будешь счастлива с ним. Он позаботится о тебе, к он уже давно тебя любит. Я так рада, дитя мое, что наконец-то и ты устроила свою жизнь!
Карлотта спала в моей комнате. Ей были очень любопытны все эти приготовления, и она большую часть времени
проводила на кухне, наблюдая за поварами, а когда никто не видел, незаметно окунала в горшочки пальчик, чтобы попробовать на вкус. Они баловали ее там, но я знала, Элен без ума от того, что Карлотта рядом с ней, — она даже научила ее, как вынимать косточки из изюма.
Джаспера, естественно, ее очарование не коснулось. По-моему, он считал ее отпрыском самого дьявола — ее яркие одежды и очевидную красоту он совсем не одобрял. Ей тоже не нравился Джаспер, и она этого не скрывала. Она сказала ему, что сомневается, любит ли его сам Бог, что, думаю, было для Джаспера самым большим потрясением за многие годы.
Ночью она забиралась ко мне в кровать и разговаривала. «Когда я выйду замуж, — сказала я ей, — тебе больше нельзя будет спать со мной. Я буду спать в свадебных покоях, как все остальные невесты».
Она с вниманием выслушала мой рассказ.
— А когда я выйду замуж? — поинтересовалась она.
— Ну, до этого еще далеко, — сказала я.
— А у тебя будет ребенок? — спросила она.
— Не знаю.
— Обещай!
— Обещать что?
— Что когда у тебя появится ребенок, ты все равно будешь больше любить меня!
— Я всегда буду любить тебя, Карлотта!
— Нет, больше всех, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты больше всех любила меня!
— Ну, нельзя такого обещать. Тебе придется подождать и убедиться самой.
Она задумалась и вскоре, продолжая размышлять на эту тему, заснула.
Мне подарили много подарков. Кристабель сшила несколько прелестных наволочек с изумительной вышивкой — она это хорошо умела делать. Вышитое белье я получила от Эмили Филпотс и Салли Нулленс, которые были вне себя от счастья, предвкушая появление новых детишек. Моя мать подарила мне рулон прекрасного шелка, из которого можно было сделать чудесные платья.
Один подарок привез мне домой какой-то нарочный, который не стал ждать ответа и не сказал, кто послал его. Это был плоский квадратный пакет. Буквально сгорая от любопытства, я отнесла его