Дитя любви стр. 149
это так называемое родство, сколько то, что обе они были одного типа. Харриет устраивала в своем доме развлечения и частенько ставила пьесы, а Карлотта всегда настаивала на главных ролях в них, и Харриет рада была уступить ей.
— Не ради самой пьесы, — говаривала она, — Карлотта рождена для сцены! Конечно, здесь в основном играет ее красота: она привлекает к себе все взгляды. Будь жив король Карл, он бы небеса и землю перевернул, только бы заполучить эту крошку к себе в кровать. — Увидев мою реакцию, она рассмеялась. — Сейчас ты становишься чопорной, Присцилла, а у этой девочки будет уйма любовников, запомни мои слова! Нам остается только следить, чтобы это произошло не так быстро и с кем надо!
Карлотта вышла из подчинения Эмили Филпотс, и мы наняли ей воспитательницу — приятную молодую женщину, которая, как и Кристабель в свое время, приехала из семьи викария.
— И как всегда — лучшая подготовка! — сказала моя мать. Так в наш дом вошла Амелия Гарстон, и Карлотте, хоть и неохотно, а пришлось проводить часть своего времени в классной зале. Эмили не жалела об этом, ибо давно поняла, что с Карлоттой ей не совладать, и, кроме того, у нее была моя дорогая, нежная Дамарис, которая училась с желанием и была очень
умна и способна.
Карлотта не любила подолгу сидеть на одном месте: она то и дело ездила к Кристабель. Томас-младший боготворил ее, как, впрочем, и другие представители его пола. Мне тоже нравилось посещать Грассленд Мэйнор: это был такой счастливый дом! Никогда не думала, что человек может так разительно измениться, как это произошло с Кристабель, и перемены в ней не переставали радовать меня. Злоба и зависть отравили ее жизнь, но сейчас они совсем исчезли, она искренне наслаждалась жизнью.
Однажды она призналась мне, что больше ей ничего не нужно, но тут же поправилась:
— Кроме одного: мне хотелось бы еще одного ребенка, да и Томасу тоже. Конечно, нам повезло, что у нас есть Томас-младший — самый прекрасный ребенок в мире, хотя думаю, что ты не согласишься со мной в этом, — но мне хотелось бы подарить Томасу еще пару детей.
— Может, так оно и будет, — сказала я.
— Нет, — покачала головой она. — Ты же знаешь, что я чуть не умерла при родах Томаса, и доктор сказал, что рожать еще очень опасно! Но мой дорогой муж предпочитает меня любому ребенку, даже если бы я и могла иметь его!
Карлотта была частым гостем и в Эндерби-холле. Она совершенно очаровала Роберта Фринтона, но я была рада, что она ездит навещать его: он был одиноким старым человеком. Я часто думала, что бы он сказал, если бы узнал о своем родстве с Карлоттой? Уверена, что это ему бы доставило большое удовольствие.
Эндерби-холл он превратил в нормальный жилой дом, хотя ему так и не удалось разогнать его гнетущую атмосферу. В тот зал я всегда входила с какими-то мрачными мыслями, и в редких случаях, когда меня никто не сопровождал, я ловила себя на том, что оглядываюсь украдкой через плечо, как будто за мной кто-то наблюдает.
С собой Роберт Фринтон привез несколько слуг и с тех пор жил совсем простой жизнью. Он часто заезжал