Библиотека

До самой сути стр. 29

Размер шрифта
-
+
Тема

Доналд положил трубку и, проявив необходимое самообладание, повернулся к м-с Ноленд.

— Извините, пожалуйста, — пробормотал он.

— Да бросьте вы! За что?

Губы Доналда дрожали. Он непроизвольно обвел комнату взглядом, и Пи-Эм догадался, что ищет брат — стакан с чем угодно, только бы покрепче. На мгновение он испугался, что Доналд схватит его фужер, который был еще наполовину полон, но брат, сделав над собой усилие, лишь облизнул языком пересохшие губы.

Как он ни силился скрыть волнение, оно было настолько очевидным, что Лил Ноленд не удержалась и спросила:

— Надо думать, ничего плохого?

А эта зараза м-с Поуп прошипела Пи-Эм в самое ухо:

— Он женат?

Почему они все, особенно бабье, так пекутся о Доналде? Что в нем особенного с их точки зрения? Не будь на нем вещей Пи-Эм, он выглядел бы как любой мелкий служащий, который одевается в магазинах, торгующих в кредит. Он, конечно, бледен, но лишь потому, что два года провел взаперти — в буквальном смысле слова. Как бы перетрусили все эти бабенки, если бы им неожиданно сказали правду!

— Пэт!

Доналд спохватился, но слишком поздно: м-с Поуп услышала и запомнила. Теперь она, того гляди, сама назовет Пи-Эм Пэтом — хотя бы для того, чтобы позлить.

— Извините, сударыня…

Доналд обращался к м-с Ноленд. Та поправила:

— Я называю вас Эриком. Значит, для вас я Лил.

Доналд был неспособен на это, и теперь Пи-Эм понимал его. Бедняк, которого сорок лет приучали к смирению, он не мог вот так, запросто начать называть по имени владелицу подобного поместья.

— Вы разрешите мне поговорить наедине с… Пи-Эм?

— Ради Бога. Устраивайтесь где хотите. Если надо, можете запереться. Надеюсь только, вам не сообщили ничего плохого?

Доналд — это чувствовалось — попробовал улыбнуться, но улыбка не получилась, и он еще больше заинтриговал женщин. Ну как? Он достаточно для них печален?

Достаточно «интересен»? Вот уж заработают языки после их ухода! Хитро придумано! Все выглядит так, словно Доналд не может ждать. Премило они, уходя, будут выглядеть, особенно Пи-Эм: ведь это же он ввел Доналда в здешнее общество; нет, не ввел — навязал.

Опять лило, но вокруг патио шла крытая галерея, куда не попадал дождь.

Метров через десять Доналд остановился, все еще не решаясь заговорить.

Чтобы дать ему прийти в себя, Пи-Эм раскурил сигару, и Доналд наконец выдавил:

— Мне надо позвонить Милдред.

— Адрес знаешь?

Доналд задыхался. Они стояли на середине галереи, и Пи-Эм казалось, что у брата головокружение: все его крупное тело била дрожь.

— Она там с ума сходит. Истратила последние деньги на разговор с Эмили.

Лицо у Пи-Эм было жесткое, но он молчал: лучше ничего не говорить, иначе он скажет слишком много — его прорвет.

— Она ждала меня гораздо раньше. Не представляла себе, что я могу так задержаться. Ей что-то приснилось, и она перепугалась.

Теперь еще и сны! Женские сны! Вот до чего дошло!

— Судя по всему, она и дети вот уже несколько дней попеременно дежурят около изгороди.

Может быть, даже стоят, уткнувшись в нее лицом?

Кто знает, не было ли там кого-нибудь из них вчера, когда Пи-Эм проезжал через ворота?

— Я должен ей позвонить.

— Номер знаешь?

— Ногалес, один-ноль-три. Это пансион для семейных. У них комната

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.