Библиотека

Дочь дракона стр. 124

Размер шрифта
-
+
Тема

в ушах, а я, вроде как, оглохла, а потом, барахтаясь, поняла, что я под водой!

Час от часу не легче!

Только что чуть с ума не сошла от страха, думая, что разобьюсь, теперь, что захлебнусь!

И тут я вспомнила, что драконы говорили, что последнее испытание, собственно, сама инициация меня ждет в озере Риу, священном озере Драконов!

И в тот же миг расслабилась.

И барахтаться перестала.

Потому что, во-первых, поняла, что все идет своим чередом, а значит, паниковать бессмысленно, а во-вторых, как-то уже бояться надоело.

— Здравствуй, Таши Кинриу, — раздался голос.

Спокойный, величественный, он звучал одновременно снаружи и в голове. И я поняла, что со мной говорит озеро.

— Здравствуй, озеро, — ответила я, удивляясь про себя, что до сих пор не требуется воздух.

Послышался тихий, журчащий смех. А потом озеро сказало:

— Ты забавная. Я радо, что ты пришла. Надоело инициировать мужчин. Они все воспринимают слишком серьезно и ответственно.

— Серьезно и ответственно? — переспросила я. — Это ты явно не про моих спутников. Вот у кого чувства юмора, обхохотаться. Всю дорогу меня веселили.

Озеро снова засмеялось.

— Значит, не злишься на Кеншина за то, что хотел оставить тебя без дракона? — как-то с подвохом спросило озеро.

Я беспечно махнула рукой.

— Не оставил же.

— Ты забавная, — повторило озеро.

— Спасибо, — решила счесть это за комплимент я.

— Значит, хочешь обрести дракона? — спросило озеро.

— Если честно, раньше как-то не задумывалась об этом, — доверительно сообщила я, снова рассмешив озеро. — Но раз уж я здесь и меня уронили в… в тебя, то, да, хотелось бы. Пожалуйста. Будь любезно.

На этот раз озеро смеялось дольше. А потом резко сделалось серьезным. Я почувствовала это каждой клеточкой кожи, по которой пробежал холодок.

— Так тому и быть, принцесса Таши Кинриу, — сказало озеро. — Приготовься.

«К чему?» — хотела спросить я, но не успела.

Потому что мир взорвался болью!

Боль была дикая, неистовая, всепоглощающая!

Она лишала разума, заставляла молить о смерти, о чем угодно, лишь бы она закончилась!

Я сгорала заживо, меня выворачивало наизнанку, разрывало на части, пересыпало рваные раны, что сплошь покрывали тело, солью!

Я билась в агонии, хрипела, не видя и не слыша ничего.

В какой-то момент поняла, что боль не прекращается и никогда не прекратится. И вместе с тем она не становилась сильнее.

И я поняла, что дошла до предела боли.

Стоило этому пониманию проникнуть в сознание, укорениться в нем, как боль стала отступать. Дюйм за дюймом, шаг за шагом, секунда, которая казалась вечностью, за секундой…

А через какое-то время над святилищем ветра, над священной горой драконов, над храмом Такэхая Сусаноо-но Микото, в небеса взмыла золотая драконица!

Солнце отражалось от моей чешуи и играло мириадами бликов! Ветер приветствовал меня, кружил, переворачивал и качал в гигантских воздушных качелях! Мой рев пронзал небеса насквозь, и небо осыпалось вниз тысячами прозрачных осколков! Выше и выше, я ввинчивалась в хрустальную синеву неба, приветствуя его, приветствуя этот мир, приветствуя свое рождение.

Я парила высоко-высоко, в пронзительной синеве, я полностью доверилась ветру, переворачиваясь в воздухе, делая редкие взмахи сверкающими золотыми крыльями, съезжая с гигантских воздушных горок…

Я победно ревела от счастья, от восторга, от невероятного блаженства чувствовать небо, быть им, быть самим ветром,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.