Догнать и жениться стр. 3
Вышел, бабуля, твой Плотвичкин в отставку капитаном, даже до майора не дорос!»
Она отмахнулась от вздорных мыслей и уставилась в проем палатки, прикрытый лишь тонкой москитной сеткой.
— Хорошо здесь, — прошептала, засыпая. — Воздух свежий.
А проснулась от Митькиного храпа и перегара, провонявшего всю палатку и округу.
— Твою мать, — гневно хмыкнула Катя, вылезая наружу. Чуть в стороне от озера висела полная луна, где-то в траве слышался шелест, видать, копошилось какое-то животное или птица.
— С ума сойти, — прошептала чуть слышно Катя и полезла обратно в палатку будить Плотвичкина.
Но Митька спал как убитый. Катя осторожно обошла кое-как обустроенную стоянку и, найдя под деревом пустую водочную бутылку, поняла, о какой рыбалке Плотвичкин вел речь.
— Удочки не брать, из автобуса не выходить, — пробурчала она под нос старый анекдот и, повинуясь инстинкту, полезла в сумки приятеля. Нашла в рюкзаке бутылку водки и еще одну на дне пакета с продуктами.
— А ты, Наумова, зачем в этот автобус влезла? — отругала она саму себя, прекрасно понимая, что теперь Митька проспит до обеда, потом усугубит бутылочку и снова заснет.
«Судя по запасам, я тут на неделю застряну. Бурыч мне этого точно не простит. Отпуском, конечно, я эти дни закрою, и с работы никто не уволит. Но тратить неделю, запланированную для отдыха в Турции, на ожидание, когда проспится Плотвичкин, тоже не собираюсь», — раздраженно подумала Катерина и сначала решила дождаться утра. Но потом, оглядевшись по сторонам, поняла, что долго тут не выдержит. Она достала из автомобиля любовника свой кожаный рюкзак и рассеянно воззрилась на оставшиеся в телефоне пятнадцать процентов зарядки. Потом заглянула в палатку, где, развалившись по всему матрасу, храпел Митька. Катя с сарказмом пробормотала: «Прощай, любовь моя!» и решительно направилась к дороге, намереваясь поймать там попутку до города.
Она прекрасно помнила, что нужно дойти до большой лужи, а за ней сразу поворот на асфальт.
«Жаль, что я машину не вожу, — внезапно подумалось ей. — Но и угонять Митькину Ладу Приору все равно бы не стала».
Идти ночью по безлюдной дороге показалось Кате меньшим из зол. Все лучше, чем сидеть на берегу рядом с Митькиным телом, ожидая, когда этот придурок проснется.
«Тут до города недалеко, если через поля, — вспомнилось ей. — Но лучше все-таки поймать машину», — поостереглась она, прекрасно понимая, что прошло двадцать лет с тех пор, когда она трусливым зайцем неслась не разбирая дороги. И многое, если не все, изменилось в округе. И на полях уже давно ничего не растет. Везде появились какие-то строения, обнесенные заборами, и напрямую пройти вряд ли удастся.
За
своими раздумьями Катерина не сразу услышала шум приближающегося автомобиля, а когда повернулась, заметив свет фар, помахала рукой.
— Подвезите, куда можете, — попросила она рыбака-пенсионера, в неурочный час возвращавшегося домой.
— Где же тебя носило, девонька? — пробормотал он, убирая с переднего сидения обшарпанной Нивы какую-то куртку.
— С милым рыбалить приехала, а потом решила в город вернуться, — прямо заявила Катя.
— Рыбалка не задалась, — хохотнул дедок и неопределенно махнул рукой в сторону багажника. — А я окуней наловил, каждый с полкило, наверное. На уху хватит, — похвастался он и смущаясь добавил: — Только я тебя до хутора довезти могу. Бензобак почти пустой, да и старуху надолго оставлять