Библиотека

Документ «Р» стр. 149

Размер шрифта
-
+
Тема

Коллинз. — Располагаете ли вы письменными показаниями этих полицейских?

— Нет. Полицейские говорят об этом, но боятся заходить чересчур далеко. Они слишком зависимы от ФБР, чтобы ссориться с ним. К тому же они по большей части относятся к позиции ФБР с сочувствием. Работа у них одна, а в наши дни бороться с преступностью все труднее и труднее. И говорили они со мной по одной, видимо, причине — полицейские начальники не любят выглядеть некомпетентными. Нет, мистер Коллинз, письменных показаний у нас нет. Вы предложили нам поверить на слово, что не замешаны в незаконных действиях. В свою очередь, вам придется поверить на слово нам, когда мы говорим о недозволенных методах, применяемых ФБР.

— Надеюсь, вам понятно, что я не могу бросить упрек Тайнэну в его личной честности и в честности его Бюро, если не получу письменного подтверждения того, что сейчас услышал…

— Я просил представить соответствующие документы, — беспомощно пожал плечами Киф, — но в полиции отказались.

— Ну что ж, я попытаюсь сделать это сам. Отказавшись подать жалобу вам, они могут согласиться подать ее министру юстиции. У вас есть имена полицейских, подозревавших ФБР в фальсификации?

Киф протянул Коллинзу блокнот.

— Список здесь. Но игры со статистикой — только цветочки. Кто-то в Вашингтоне вознамерился играть нашими судьбами.

— То есть? — выпрямился

в своем кресле Коллинз.

— Федеральное бюро расследований проводит целенаправленную кампанию шантажа и запугивания членов ассамблеи, чтобы принудить их голосовать за тридцать пятую поправку.

Слово «шантаж» сразу же заставило министра вспомнить встречу с патером Дубинским и насторожиться.

— …Шантаж очень изощренный, но все равно шантаж самого подлого вида. Жертвами его стали те члены собрания, которые еще не определили своего отношения к поправке, не приняли твердого решения и которые оказались… уязвимы.

— В каком смысле?

— В том, что личная жизнь некоторых не является открытой книгой для всех. В большинстве своем они слишком запуганы, чтобы протестовать или даже сообщить о шантаже, но вот члены ассамблеи Юркович и Тобиас согласились прийти сюда и высказать все лично вам. Сначала они боялись, что вы тоже участвуете в заговоре, но сенатор Хилльярд убедил меня, а я их, что вы честный и заслуживающий доверия человек, не знающий, видимо, что делается за вашей спиной, поскольку лишь недавно вступили в должность. Надеюсь, мы не ошиблись в своих предположениях.

Коллинз поднес к губам новую сигарету и даже не удивился, заметив, как дрожит его рука.

— Насчет «честного и заслуживающего доверия» — не ошиблись. Но что это делается за моей спиной?

— Позвольте мне рассказать, что произошло лично со мной, мистер Коллинз, — заговорил Юркович. — Я был алкоголиком. Восемь лет назад. В конце концов я согласился лечь в закрытую клинику и победил болезнь. С тех пор капли в рот не беру. Но за пределами моей семьи никто никогда не знал об этом. Неделю назад два сотрудника ФБР — Паркхилл и Нотон — посетили меня и заявили, что нуждаются в моей помощи для проведения следствия. Дело им, мол, выпало трудное — вот когда примут тридцать пятую, тогда станет легче. Им требовалась информация о некой клинике для алкоголиков, в которой, как им стало известно, один член законодательного собрания Калифорнии как-то провел полгода на излечении. Они интересовались, не знаю ли

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.