Документ «Р» стр. 213
сказать?
Коллинз молчал, прикусив губу.
— Очень хорошо, господа, позвольте мне проводить вас. — Он показал пистолетом в сторону кабинета Тайнэна.
Эдкок шел по пятам за ними, пока они не оказались в центре комнаты. Потом боком отошел к столу директора и положил руку на стоящий на нем большой магнитофон.
— Не знаю, какой вы министр юстиции, — обратился он к Коллинзу, — но сыщик дерьмовый. Хороший сыщик ничего не упустит. Вы же, мистер Коллинз, обыскав весь город в поисках потайных микрофонов, самый главный все-таки просмотрели.
Он включил магнитофон.
«Когда дедушка уже был в больнице, — раздался в комнате голос Рика, — я взял последнюю кассету, написал на ней «м.ю.д.» — «министр юстиции дедушка», — поставил месяц — январь — и вместе со всеми остальными кассетами положил ее в верхний ящик дедушкиного шкафа, где он хранил свои магнитофонные записи».
«Но шкаф увезли отсюда?» — голос Коллинза.
«Ага», — ответил Рик.
Эдкок наслаждался. Наконец он выключил магнитофон.
— Вы забыли о матери Вернона Тайнэна. Она прослышала, что вы собираетесь с визитом к Ханне Бакстер, и в разговоре с сыном упомянула об этом. Можно недооценивать ФБР, мистер Коллинз, но никогда не следует недооценивать любви матери… По меньшей мере любви матери посплетничать с сыном о своих знакомых.
Он еще раз взмахнул рукой с револьвером.
— Можете покинуть кабинет тем же путем, что и пришли, господа. В холле ждут два сотрудника, они проводят вас вниз. Спокойной ночи! Выйти теперь можете через главный подъезд.
Никогда в жизни дорога домой не казалась Коллинзу такой долгой. Подавленный и разбитый, он съежился на переднем сиденье машины подле сидящего за рулем приунывшего Пирса. Сзади расположился такой же несчастный, как и они, Ван-Аллен.
Ехали молча, и, только остановив машину у дома Коллинза, Пирс сказал:
— Конечно, не каждый бой удается выиграть, но проигрывать генеральное сражение никак нельзя.
— Это конец, — согласился Коллинз. — Завтра они станут хозяевами страны.
— Боюсь, что вы правы.
— Самое обидное, что мы были уже почти у цели, — вздохнул Коллинз. — Я в буквальном смысле слова держал этот чертов документ «Р» в руках.
. — Ну и садист же этот Эдкок, — покачал головой Пирс. — Что ж, они обставили нас. Убей меня бог, если я понимаю как. Что он там болтал насчет матери Тайнэна?
— Видимо, Ханна Бакстер сказала ей о моем визите. Миссис Тайнэн упомянула об этом в разговоре с сыном, и они взяли дом Бакстеров «под колпак». Что поделаешь! — Коллинз открыл дверцу машины. — Господа, я испытываю сильное желание покончить с этой проклятой жизнью, поэтому думаю надраться как следует, чтобы только не пустить себе
пулю в лоб. Кто со мной?
— А что еще нам остается? — сказал Пирс, выключая двигатель.
Еще в прихожей они услышали телефонный звонок.
— Я возьму трубку. — Коллинз посмотрел на Пирса. — Говорить можно?
— Да. Ван проверил дом. Все чисто.
— Хорошо. Напитки в баре, лед на кухне.
Он сорвал с рычага трубку.
— Алло?
— Мистер Коллинз?
— Да.
— Говорит Джим Шэк из Форт-Уэта, У меня для вас хорошие новости. Не вдаваясь в подробности, скажу только, что по душам побеседовал с Аделью Зурек, свидетельницей Тайнэна против вашей жены. Все это наглая ложь, так же, как и сплетки о поведении Карен.
— Слава богу, — облегченно вздохнул Коллинз.
— Я