Долгое безумное чаепитие души стр. 62
на грани отчаяния. Простите, я правда не знала. Значит, это вы и пытаетесь выяснить?
Дирк неопределенно кивнул головой.
– Среди прочего, – сказал он и добавил: – Я частный детектив.
– Да? – Кейт оторопело уставилась на него.
– Вас это беспокоит?
– Нет, просто один мой знакомый играет на контрабасе.
– Вот оно что, – сказал Дирк.
– Когда люди видят, как он мучается с инструментом, то всегда твердят одно и то же, и это выводит его из себя. Каждый считает своим долгом сказать: «Держу пари, ты предпочел бы играть на флейте». Никому и в голову не приходит, что он слышал это уже тысячу раз. Я просто пыталась представить, что все говорят частному детективу, чтобы самой не сказать этого.
– Ничего не говорят. Просто на секунду приходят в недоумение – в точности так, как вы.
– Понятно, – разочарованно протянула Кейт. – У вас есть какие-нибудь зацепки… так сказать, идеи… относительно того, что произошло с вашей секретаршей?
– Нет, – ответил Дирк, – никаких. Какой-то смутный образ маячит перед глазами, но я ума не приложу, к чему бы это.
Он задумчиво повертел меж пальцев сигарету, затем его взгляд вновь упал на стол и остановился на книге.
Дирк взял ее в руки и просмотрел, пытаясь понять, что вообще заставило его забрать ее с собой.
– Честно говоря, я совсем ничего не знаю о Говарде Белле, – сказал он.
Кейт удивилась, как неожиданно он сменил тему, но одновременно почувствовала и некоторое облегчение.
– Только то, что его книги продаются огромными тиражами и выглядят примерно как эта, – добавил Дирк. – Что, по-вашему, мне нужно еще знать?
– Ну, о нем рассказывают довольно странные вещи.
– Какие?
– Например, что он то и дело отчебучивает что-нибудь в дорогих гостиницах по всей Америке. Подробности, разумеется, никому не известны, просто оплачивают его счета, и все. Гораздо удобнее не задавать вопросов. Особенно о цыплятах.
–
О цыплятах? – удивился Дирк. – О каких цыплятах?
Кейт понизила голос и слегка подалась вперед.
– Ходят слухи, что он всегда привозит с собой в гостиницу живых цыплят.
Дирк нахмурился:
– Это еще зачем?
– Никто не знает. Что с ними потом случается, тоже никому не известно. От них не остается и следа. – Она еще ниже пригнулась к столу и сильнее понизила голос: – Ни единого перышка.
Дирк почувствовал себя безнадежно глупым и наивным.
– И что же он с ними делает? – спросил он.
– Никто не имеет ни малейшего представления, – ответила Кейт. – И даже не хочет иметь ни малейшего представления. Не знают, и все тут.
Она пожала плечами и взяла в руки книгу.
– А еще Дэвид – это мой брат – считает, что у Говарда Белла идеальное имя для автора бестселлеров.
– Правда? – удивился Дирк. – Почему?
– Дэвид говорит, что любой издатель сразу обращает внимание на имя нового автора. Он не задает вопросов «Хорошо ли пишет новый автор?» или «Не станет ли текст приятнее, если выкинуть из него все прилагательные?». Первым делом он интересуется, достаточно ли звучна и коротка фамилия писателя и насколько имя длиннее фамилии. Вот смотрите: огромными серебряными буквами вытиснено «Белл», а «Говард» идет сверху буквами чуть