Долгое безумное чаепитие души стр. 98
наблюдения точки, ища любую подсказку, любое несоответствие – что угодно, лишь бы попасть в то место, куда только что как в воду канула сотня человек. Его не покидало ощущение, что поблизости намечается грандиозная вечеринка, на которую его забыли пригласить. В отчаянии он закружился с распростертыми руками, потом решил прикурить сигарету.
Вместе с пачкой из кармана вылетел листок бумаги. Как следует затянувшись, Дирк наклонился, чтобы его поднять.
Ничего особенного, всего лишь счет, оставшийся от строптивой медсестры, с которой он познакомился сегодня в кафе. «Безобразие!» – возмутился Дирк, прочитав заказ, и уже хотел было смять и выбросить бумажку, как его посетила мысль, что документ ему что-то напоминает.
Заказанные блюда были перечислены слева, а цены – справа.
Когда Дирк выставлял счета – пусть это случалось нечасто, а те клиенты, что у него все же появлялись, не доживали до выставления счета и поэтому не успевали возмутиться, – то всегда испытывал трудности с формулировкой пунктов заказа. Он сочинял целые эссе, чтобы описать свои услуги. Клиент должен чувствовать, что его (или ее) деньги уплачены не зря – хотя бы в этом смысле.
Иными словами, текст и цифры в его счетах располагались в точности как непонятные рунические письмена, которые пару часов назад он так и не сумел разобрать. Чем эта догадка ему поможет? Он не знал. Если та кипа бумаг не контракт, а счет, тогда за что он выставлен? За какие услуги? Явно какие-то мудреные. Или по крайней мере мудрено описанные. Что за специалисты их оказывают? Во всяком случае, теперь есть о чем задуматься. Он смял счет из кафе и направился к урне.
И, как выяснилось, очень кстати.
Не успел он покинуть центральную часть зала и подойти к стене, как вдруг услышал звук приближающихся с улицы шагов.
Спустя несколько секунд в здание вошли двое. К этому времени Дирк уже спрятался за углом.
Хорошее укрытие ничуть не помогало ему в другом отношении: он и сам не видел, кто идет. Они наконец попали в поле его зрения, когда подошли вплотную к тому участку, где несколькими минутами ранее без всякого шума и суеты испарилась кучка людей.
Он чуть не подпрыгнул при виде женщины в очках с красной оправой и мужчины в сдержанном итальянском костюме, которые, едва успев появиться, моментально пропали.
Дирк онемел от изумления. Эта чертова парочка, отравившая целый день его жизни (он позволил себе это легкое преувеличение по причине крайне наглой провокации с их стороны), бесцеремонно и злонамеренно исчезает с его глаз!
Убедившись, что они действительно улетучились, а не прячутся где-нибудь в углу друг за дружкой, он вновь подошел к таинственному месту.
Место казалось донельзя обычным. Обычный пол, обычный воздух, все – обычное. И тем не менее за какие-то пять минут здесь пропало такое количество народу, которое осчастливило бы Бермудский треугольник на десятилетие вперед.
Дирк жутко взбесился.
До такой степени, что решил поделиться этим своим чувством, набрав чей-нибудь телефонный номер, – звонок в начале второго ночи почти наверняка взбесит кого угодно.
Такая мысль пришла ему в голову не совсем случайно. Он до сих пор не убедился, что эта американка, Кейт Шехтер, в безопасности: автоответчик на ее телефоне во время последнего
звонка