Долгое эхо стр. 7
нервно раскачивающиеся хвосты рассерженных котов. Но у соседей все оставалось спокойно, и она не увидела ничего, кроме скорбно опущенных хвостов и тихих шагов скорбящих.
— При Коршуне, — с отвращением произнес Воробей. — Он был братом Мотылинки. Спал и видел себя предводителем. Вот он мог бы бросить вызов Невидимке.
— Коршун? — переспросила Голубичка. Она уже слышала это имя, о нем рассказывали старейшины, забавляя котят историями о недавнем прошлом четырех племен.
— Он умер, слава Звездному племени, — без тени сожаления сказал Воробей, не отрываясь от работы. Однако Голубичка заметила, что лапы его стали двигаться медленнее, словно воспоминания о былом отвлекли целителя от дела.
— Ты видел его в Звездном племени? — спросила она.
— Так, пошевеливайся давай! — буркнул Воробей, не отвечая на ее вопрос. — Мне нужно разложить эти листья до восхода солнца, чтобы они успели хорошенько высохнуть.
«Видел ли он Чешуйника?» — вертелось на языке у Голубички, когда она вытаскивала из мокрой кучки очередной листок. Воспоминание о Речном воителе острым шипом пронзило ей сердце.
Воробей снова скрылся в трещине скалы и вернулся с очередной кучей листьев.
— Это Невидимка и Мотылинка разбудили тебя в такую рань?
Голубичка непонимающе подняла глаза.
— Они потревожили твой сон? — уточнил Воробей.
Голубичка покачала головой. Ей почему-то не хотелось рассказывать Воробью о своем сне.
— Тебе снился Чешуйник?
Голубичка резко вскинула голову, потрясенная и неожиданным вопросом, и непривычной мягкостью, с которой Воробей задал его. Неужели он пробрался в ее сны?
Воробей покачал головой и ответил на ее немой вопрос.
— Нет. Я не проникал в твой сон.
«Значит, ты сейчас читаешь мои мысли?» — сердито подумала Голубичка, но Воробей невозмутимо продолжал.
— Я вижу, что ты чем-то сильно взволнована, и чувствую твою грусть. Она похожа на крапиву, которая поселилась в твоем сердце и жжет всех, кто пытается ее вырвать.
Голубичка начала отделять и раскладывать листья с таким видом, словно у нее никогда в жизни не было дела важнее. Что подумает о ней Воробей, узнав, какая она слабая? Вдруг разочаруется в ней и решит, что она недостойна быть одной из Трех?
Но Воробей продолжал спокойно раскладывать травы.
— Должно быть, ты чувствуешь себя ответственной за его гибель, но это не так, — очень серьезно сказал он.
— У тебя есть свое предназначение, но есть оно и у всех остальных котов. Чешуйнику было предназначено стать одним из отправившихся на спасение ручья.
Он родился котом-воителем, он был храбр и предан, и без него вам не удалось бы добиться успеха. Его смерть преподала вам хороший урок, заставила искать другой способ победить бобров. Он умер, спасая жизни своих соплеменников. Не ты, а Звездное племя послало его на битву, из которой он не вернулся. Голубичка пристально посмотрела в слепые голубые глаза целителя.
— Это правда?
— Это правда, — кивнул Воробей, а потом скатал порванный лист в тугой комок и завернул его в другой листок. Потом, как ни в чем не бывало, деловито пояснил: — Свежий лиственный сок просочится и напитает порванный листок.
Голубичка рассеянно кивнула. Воробью какимто чудом удалось добраться до крапивного куста в ее сердце и избавить ее от жалящих укусов. Впервые после смерти Чешуйника она почувствовала покой. Неужели все было так просто? Значит, ей нужно просто идти своим