Библиотека

Дом, где тебя ждут стр. 108

Размер шрифта
-
+
Тема

живу, – Игнаша показал на розовый дом, плавающий в солнечной дымке, и без перехода спросил: – А что ты пела? Я никогда не слышал такой песенки, хотя моя мама очень любит петь.

Резким движением девочка вскинула острый подбородок:

– Тебе не понять. Это польская песня, и я тоже полька, Мария Вишневецкая.

– Красиво, – он повторил по слогам: – Виш-не-вец-ка-я. А меня зовут Игнатий.

Чтобы умять цветы, Мария потрясла пакет с ромашками, а потом уверенно заявила:

– Ты не француз, потому что французы не могут выговорить мою фамилию.

– Конечно, я не француз, – Игнаша сорвал ромашку около забора и протянул Марии, – я русский. Мою маму зовут Таня, папу Юра, сестру Варя, бабушку Фелицата, а дедушку Игнатий, как и меня.

Он выпалил это на одном дыхании, перечислив всех, кто первый пришел на ум.

Мария приподняла одно плечико, с которого тут же соскользнула лямка сарафана. Небрежным жестом она водворила ее на место и сурово сказала:

– Русские угнетают Польшу.

Он растерялся:

– Я никого не угнетаю, я вообще вижу тебя в первый раз.

Его рука с протянутой ромашкой продолжала висеть в воздухе. Помедлив, Мария взяла цветок и сунула его в пакет:

– Моя мама сильно кашляет, и врач сказал, что ей надо пить ромашку.

Игнаша не представлял, что цветы надо пить, но, может быть, у поляков свои правила. На всякий случай он согласно кивнул головой и спросил:

– А где твой папа?

– Как всегда, играет в карты. Мама говорит, что скоро он проиграет и меня.

С протяжным вдохом Мария уселась на выступ фундамента, предварительно очистив его рукой от облетевшей листвы.

У Игнаши рот раскрылся от изумления. Карты он видел, и даже знал, что в них каким-то образом можно играть наподобие лото с картинками игрушек, но дальше этого его знания не простирались. Надо будет спросить у мамы или папы, можно ли проиграть в карты целую девочку с пакетом ромашек.

Его папа Юра делал трактора и косилки. Рано утром он уезжал в свою фирму и возвращался поздно вечером, пропахший бензином и машинным маслом. Дома на папином рабочем столе лежали чертежи, и папа объяснял, что сейчас работает над маленьким моторизированным блоком, который будет делать все фермерские работы.

– И даже доить коров? – допытывался Игнаша.

– Коров, пожалуй, нет, – отвечал папа, – но я подумаю над твоим предложением, и, может быть, вскоре коров тоже станут доить умные машины.

Да, его папе было некогда играть в карты.

Протиснувшись боком между прутьями, Игнаша притулился рядом с Марией, и некоторое время они молчали, потом он решился задать вопрос:

– Где ты живешь?

– В деревне. Раньше мы жили в Париже, но папа вышвырнул деньги на ветер, и теперь мы можем позволить себе только дешевые комнаты, – сжав губы сердечком, Мария повернула голову и посмотрела на Игнашу: – Я уже привыкла переезжать с места на место, только скучно без друзей. Но зато я умею делать человечков из проволоки.

Из кармана сарафанчика Мария достала смятый комочек проволоки и бережно распрямила скрюченные ручки и ножки:

– Возьми. Я назвала его Перро.

– Какой малюсенький, – восхитился Игнаша и попросил: – Научи меня.

– Сегодня не могу, – сказала Мария, – мне надо идти к маме. Приходи сюда завтра.

Игнаша крепко сжал ладонь, почувствовав, как человечек внутри нее податливо

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.