Дом на берегу океана стр. 24
показал Хане с Тимом, как они тают, а молодые люди, прослушав первый в их жизни урок физики, отправились просвещать своих соплеменников. И теперь островитяне знали, что на небе очень холодно – настолько, что даже вода превращается в камень. В общем, обычному человеку там ни за что не выжить.
Теперь, когда у меня появился запас воды, можно было задуматься о развитии земледелия. Потому как здесь не дача, где мне самому приходилось ковыряться в глине. Сельхозрабочих вполне достаточно, на мою долю останется только общее руководство процессом и дегустация полученного урожая. Вот только земля на Хендерсоне была такая, по сравнению с которой глина на моем участке вполне сошла бы за чернозем. И как только на этих камнях ухитрялись расти здешние кусты? Правда, горох у резиденции принялся неплохо, только его приходилось регулярно поливать.
В общем, до так называемого сезона дождей оставался месяц местного времени, и за это время следовало подготовить островитян к ведению сельского хозяйства. Почему я назвал сезон дождей так называемым? Да потому что времена года на Хендерсоне выглядели так.
Лето – оно жаркое и сухое.
Осенью могут пройти дожди, но мало. А могут и не пройти.
Зима чуть попрохладнее лета, но тоже сухая.
Весна полностью аналогична осени.
В данный момент на острове был конец лета. В Москве – середина февраля.В один из дней на работе меня пригласил к себе шеф. Поинтересовался, где это я так загорел, и мне пришлось сказать чистую правду – дома, где я делаю блок питания для мощной ультрафиолетовой лампы. Ведь я действительно недавно подрядился за шестьдесят тысяч создать именно его, а что тот дом стоит в тропиках на берегу океана – так шеф меня про это и не спрашивал.
Впрочем, это было вступление. А за ним пошли начальственные претензии.
– Я тебя очень ценю и позволяю многое, – капал мне на мозг шеф, – поэтому ожидаю хотя бы понимания! А ты? Что ты сказал позавчера заму директора?
Смысл тут был в том, что не так давно по институту прокатилась волна смены аппаратуры. Вышел приказ, согласно которому с первого февраля сотрудникам запрещалось работать на несертифицированном и непроверенном оборудовании. Перед этим мы составляли заявки и, что меня несколько удивило, получили все требуемое, причем быстро. Я тоже, мысленно подивившись, какие заковыристые формы иногда принимает распил бюджета, потому как никакого другого смысла в акции усмотреть не мог, написал заявку и через неделю получил все требуемое. Но мой старый «Тектроникс» так и остался стоять на столе, и лабораторные источники питания еще с советских времен тоже. Что сильно не понравилось
как-то раз зашедшему в лабораторию заму.
– Ладно, могу убрать, – утешил я начальника, – но не на помойку, мне это пригодится. Пока суну под стол, а в воскресенье на вахте будет дежурить мой знакомый, тогда и вынесу.
Шеф начал было вякать, что в случае чего он меня покрывать не будет, но, увидев полное отсутствие беспокойства с моей стороны, в свою очередь, перестал волноваться. Действительно, чего мандражить-то? Я не собирался напрягать своего знакомого с проходной – открыть переход прямо с рабочего места будет нетрудно. Заодно и вынесу кондиционер на основе элементов Пельтье, который я собрал из имеющейся у нас некондиции неделю назад. Потому как уже