Дорога к Мертвой горе – 2, или По следам группы Дятлова стр. 33
столовой. На 5–6 рублей получается плотный и вкусный обед. После обеда знакомимся с городом».
Дятловцы не только выспаться, но и хорошо покушать не смогли. Вместо того у них случился первый конфликт. Дубинина свидетельствует: «Расположились сначала около вокзала. Ребята прошпынали завхоза, т. е. меня, обвиняли в скупости и жадности. Но, увы, столовая на сей раз для нас большая роскошь».
Любопытно, правда? Исходя из опыта Карелина, «плотный вкусный обед» обошелся бы в 50–60 рублей на всю группу «Хибина». Но эта сумма кажется Дубининой чрезмерной. Надо полагать, плотный завтрак обошелся бы вдвое дешевле. Но даже 25–30 рублей завхоз Дубинина истратить не готова. До чего
же интересно спланировал Игорь Дятлов финансовую сторону похода…
В поезде Серов — Ивдель картина схожая: карелинцы отдыхали, а дятловцы драли глотки: «В поезде во все горло орали песни под мандолину, да и просто так» (дневник Дубининой). А в антрактах концерта Зина Колмогорова немедленно затевала диспуты о любви. «А мы чего то пели, пели, а потом вдруг, как-то незаметно перешли на тему о любви, в частности о поцелуях» (там же).
В поезде опять поспать не получилось — угомонилась и уснула певунья Люда лишь на вокзале Ивделя, в три часа пополуночи. И утром была очень недовольна: «25 января разбудили, не дав по-настоящему выспаться. Рустику сказала, что не буду умываться, ибо нет условий. Согласился».
Не выспалась, не умылась, но спеть в автобусе Ивдель — Вижай — это святое. Дубинина: «Опять, конечно, пели. Голос я уже совсем пропела».
О ночи в 41-м квартале, наполненной вокалом под гитару и мандолину, мы уже говорили подробно. И во 2-м Северном, во время последней ночевки в относительно цивилизованных условиях, группа «Хибина» своеобразно отдыхала и набиралась сил перед сложным маршрутом: «А после ужина в горячо натопленной избе на кроватях бросались шутками до 3-х часов ночи» (запись Дорошенко в общем дневнике).
А чем занимался в это время руководитель похода? Тоже, наверное, шутками бросался. До трех ночи. По крайней мере, не отмечены никакие его попытки наладить дисциплину, угомонить шутников, заставить их выспаться. Странно проявлялась авторитарная манера Дятлова руководить: решения, которые стоило бы обсудить всей группой, он принимал единолично и возражений не терпел. А когда надлежало действительно применить власть, одернуть потерявшую берега молодежь — бросал вожжи и пускал события на самотек.
В автономный поход дятловцы двинулись изрядно вымотанными. Несколько почти бессонных ночей даром не прошли. Какие уж тут ранние подъемы! К полудню на лыжню выйти — и то за счастье. Зато пели, наверное, красиво — раз никто нигде не подошел и не предложил заткнуться…
* * *В Вижае Карелин первым делом договорился насчет машины, которой надлежало доставить группу в 41-й квартал.
Георгий Атманаки на допросе (лист 209 УД) говорил несколько иное: «Договорились в автохозяйстве, что попутной машиной нас довезут до поселка 2-й Северный, откуда легче всего выйти на маршрут», — но это сомнительное утверждение. Либо Георгий ошибся, перепутал пункты назначения, либо шофер не очень представлял, на что подписывается. Санный зимник, проложенный по хрупкому, богатому промоинами льду Лозьвы, едва ли смог бы выдержать вес грузовика.
В любом случае машину быстро не обещали. У группы появилось свободное время. И Карелин отправился… кто угадает, куда?