Дорога к Мертвой горе, или Снова о группе Дятлова стр. 14
ковбойку, синие трусы, под ними кальсоны голубого цвета — порваны. На ногах шерстяные носки, сверху — порванные трикотажные носки. Ухо и нос в крови, губы окровавлены. На левой руке средний палец окровавлен».
Вокруг кедра и на нем виднелись следы «титанической работы по заготовке дров» (определение поисковика Согрина): сухие ветки на кедре обломаны на высоте до 3–4 метров, по некоторым сведениям даже до 5, а это выше, чем балкон второго этажа в современных домах. Вокруг был срублен лапник и молодые деревца, наломан сушняк.
Почти одновременно с находкой у кедра был обнаружен труп Игоря Дятлова, находившийся примерно на линии, соединяющей кедр и палатку. Тело виднелось из-под снега, и нашли его достаточно легко.
Вот что написали о найденном теле руководителя группы в упомянутом выше протоколе:
«В этом же районе в юго-западном направлении от указанных двух трупов на расстоянии 400 метров обнаружен труп, лежащий животом вверх, ноги слегка согнуты в коленях, руки прижаты к груди. Левая рука в локте опирается на ветку березы. Голова строго за стволом березы в пяти-семи сантиметрах. Одет: голова непокрыта, на теле — меховая куртка, под ней свитер, под свитером цветная ковбойка. На ногах одеты лыжные брюки, под ними кальсоны. На правой ноге шерстяной носок, на левой хлопчатобумажный. Телесных повреждений при внешнем осмотре трупа не обнаружено. На лице и под подбородком наледь».
Нужно отметить, что одет был Дятлов значительно лучше двоих, найденных под кедром, но обуви и головного убора так же не имел.
Вечером обнаружили тело Зины Колмогоровой — все на той же условной линии, соединившей кедр и палатку, но гораздо ближе к последней. Труп находился под слоем неглубокого снега, и его учуяла собака-ищейка.
Илл. 8. Труп Игоря Дятлова рядом с карликовой березой. Поза заставляет многих исследователей обоснованно предполагать, что тело после смерти (но до обнаружения поисковиками) переворачивали.
Зина была относительно тепло одета и даже имела головной убор (шерстяную шапочку), но и она оказалась без обуви. У нее следствие зафиксировало прижизненные телесные повреждения (жизни, впрочем, ни в коем случае не угрожавшие): «Лицо в крови. На спине около поясницы ссадины, выступила кровь».
Заметка на полях. Фотография мертвой Зины Колмогоровой здесь не будет размещена — тот, кому интересно, без труда отыщет ее на просторах Сети. Основание многим может показаться глупым, и тем не менее: если есть хоть какое-то подобие загробной жизни (ну, а вдруг?), Зине наверняка очень неприятно тиражирование ее посмертных фото. Парням обычно все равно, как они выглядят на снимках, а девушки — иное дело… Можете считать это личными заморочками Точинова В. П., но фотографий мертвых девушек в этой книге не будет.
Надо отметить, что окровавленное лицо Зины в результате эффекта «испорченного телефона» в тот же день превратилось в «разбитую голову» — и в таком искаженном виде угодило в радиограмму, отправленную в Свердловск. Впоследствии «разбитая голова» породила множество спекуляций со стороны сторонников криминальных версий, причем акт судебно-медицинской экспертизы означенные сторонники ожидаемо игнорировали напрочь. Даже Юрий Юдин в старости активно муссировал тему тяжелой черепно-мозговой травмы Зины, зачем-то утаенной следствием.
Других значимых находок в феврале сделано не было — они последовали в начале марта, а затем, после долгого перерыва, — в начале мая.