Дорога к счастью стр. 76
он снова заговорил, звучал теперь глухо.
— Я совершил непростительную ошибку, когда решил, что нам пора помириться, и повез тебя к ней. Мне казалось, что прошло достаточно времени для того, чтобы мать раскаялась в содеянном ею зле по отношению к Антонио. Я не мог предвидеть, что моя мать задумала новое. — Его душили рыдания, но слез не было.
— Поплачь, милый, поплачь, — приговаривала Кристина, гладя его голову, шею, плечи. — Тебе станет легче. Скоро мы все это забудем.
— И ты никогда не бросишь меня? — сдавленным голосом спросил Риккардо.
Кристина тихо засмеялась, не замечая, что по лицу ее льются слезы.
— Никогда, ведь я люблю тебя, — призналась она.
Риккардо поднял к ней просветленное лицо, слезы их смешались, когда они поцеловались. Поцелуй был нежным и трепетным, как первый поцелуй влюбленных.
— Я готов до конца жизни носить тебя на руках, — шептал ей Риккардо. — Ты самая необыкновенная женщина на свете, — задыхаясь, говорил он, — самая красивая, самая умная, самая любимая.
Их поцелуи становились все более долгими, страстными, проникновенными. Тогда Риккардо перенес ее на кровать, и они любили друг друга так, словно встретились после долгой вынужденной разлуки. Кристина поняла, что рухнула разделявшая их стена. Стена из семейных тайн и взаимного недоверия, сцементированная злобой двух женщин.
— А как ты поступишь с Джизеллой? — спросила Кристина, пристроив голову на плече Риккардо и обняв его за талию.
— Никак, — помолчав, ответил Риккардо. — Просто расскажу Карло, чем она занималась. Если он с Джизеллой не разведется, ноги его не будет в моем доме.
— Ты говорил, что в семействе Мольтени не было разводов, — напомнила ему Кристина.
— Да, но в семействе Мольтени не было преступников! Джизелла совершила преступление с помощью Джино Пинкерле, заплатила ему. — Он задумался. — Джизелла заслуживает серьезного наказания, но в полицию мы обращаться не будем. Пусть сами разбираются, кто устроил пожар в багажном отделении самолета.
— Ты думаешь?.. — Кристина подняла голову, пораженная новой мыслью.
— Я больше не хочу об
этом думать. Давай лучше устроим себе второй медовый месяц. Где бы тебе хотелось побывать?
— Если ты не будешь возражать, то в Нью-Йорке, — с замиранием сердца произнесла Кристина, вопросительно глядя на Риккардо. До Рождества оставалось чуть больше недели, ей вдруг так сильно захотелось оказаться в этот праздник там, где прошла ее юность. Она бы показала Риккардо свои любимые места, они бродили бы по улицам Манхэттена, а с неба падали бы снежинки…
Он улыбнулся.
— Соскучилась по запаху настоящей елки? Будут у нас с тобой рождественские каникулы, моя любимая, — пообещал Риккардо.
За иллюминатором было темно, если смотреть вниз. Кристина знала, что сейчас они летят над Атлантикой и внизу, кроме серой водной глади, все равно ничего не увидишь. Зато на востоке небо уже светлело. Интересно, удастся ли ей на такой высоте увидеть восход солнца? Можно было бы загадать желание: если увидит, то, значит, у них все будет хорошо. Нет, решительно отказалась загадывать Кристина, потому что верила: теперь у них с Риккардо начнется новый этап совместной жизни.
Две недели, проведенные в Нью-Йорке, были заполнены, как она и мечтала, праздничной суматохой, встречами с друзьями. Вместе с мужем она выбирала подарки для друзей, которые радовались их счастливому союзу. Трогательной была встреча с мистером Рэндолом, которая состоялась в