Дорога после заката стр. 113
мирились, снова ссорились. Осоке хватило здравого смысла не пытаться помочь, не давать советов, но вскоре она почувствовала, что самим фактом своего присутствия создаёт подруге трудности. Панторанка разрывалась между ней и своим кавалером, пытаясь уделить время и ему, и ей. А общение втроём превращалось в подобие какого-то дипломатического приёма, до омерзения формального и благопристойного. Тогда Осока улетела со станции под первым же благовидным предлогом. И снова попасть в подобную ситуацию ей хотелось меньше всего. Нет. Через восемь часов они прибудут на место, и дальше каждый пойдёт своим путём.
– Вы бы отдохнули, ребята? – предложила она попутчикам. – По правому борту есть каюта, занимайте и отоспитесь.
– Неудобно, это твоё место, – замялась Палакви.
– На моём месте в данный момент валяется Вули, в грязных сапогах, кстати. Каютой я вообще не пользуюсь, да ты сама увидишь, как зайдёте.
– Слышал? – обратилась к приятелю Пав. – Хватит валяться на хозяйской постели с ногами! Поднимайся, и пойдём.
– Ладно, ладно, солдату всё равно, где ни спать, лишь бы подъём не по тревоге, – отозвался он.
Осока проводила их понимающей и немного грустной улыбкой. Отношения этой парочки очень напоминали её саму и Кауди в самый лучший их период. Они прекрасно сошлись характерами, хотя парой в полном смысле этого слова не стали, скорее, близко дружили, иногда деля постель. Осока была довольна, что они так хорошо понимают друг друга, а если и спорят, то по делу, на результат, а не на принцип. Конечно, в чём-то взгляды их различались, она понимала это и старалась уступать желанию Тая заработать побольше денег. А он относился снисходительно, когда по старой привычке ей хотелось помочь кому-то не потому, что ожидаешь вознаграждения, а потому что помочь. В таких случаях он беззлобно подтрунивал над Осокиными «устарелыми джедайскими замашками» или говорил что-нибудь вроде: «раз женщина не тратит колоссальные деньги на украшения и одежду, почему бы не позволить ей слабость иногда поработать бесплатно?» Если бы тогда обратить внимание! А она, наивная, считала это нормальным. Они ведь одного вида, у них, во многом, общая биография, ну, кто может более подходить друг другу, как не два таких похожих существа! И как хорошо, когда рядом кто-то, с кем можно поделиться, обсудить, и пускай даже в ответ иной раз услышишь не совсем то, что ожидала, иной раз с тобой не согласятся, а решение приходит легче. Они так уютно и хорошо общались вдвоём, когда не было работы, или же приходилось долго и утомительно ждать чего-то, что произойдёт независимо от тебя. А ещё он играл ей на кветарре и пел песни, которые так здорово было слушать. Независимо от настроения. Просто в одном случае больше брало за душу одно, в других другое. С песен у них всё началось. И вышло так, что на них же всё и закончилось. Не сразу Осока обратила внимание, а обратив, не сразу придала значение, что Кауди чаще и чаще поёт что-нибудь лирическое, задумчивое, и реже играет бодрые, энергичные мелодии. Шло время, и Осока, всё же, поняла, как меняется настроение у её парня. Нет, неправильное слово. Общий настрой, вот что. В итоге настал момент, и однажды вечером, как обычно сидя в салоне «Горгульи» на мягком диване, он спел ей песню, которую раньше она не слышала ещё ни разу.
Говорят, что любовь —Не когда лоб в лоб,А когда в одну сторону…Каждый выбрал правую из дорог,А правее – которая?Кто измерит путь, и куда он лёг —На каких весах?Мы на шарике кругломНогами друг к другу —На полюсах.Две монеты ребромВзлетят над столом —Лечь планшетными стрелами:Мы дорогу из дому в новый мирРазмечаем победами.Кто о чём мечтал, кто кому кумир —Не понять уже…Мы на шарике кругломГлазами друг к другу —На вираже.Одному победыДругому семь бед —Никуда не денешься.На двоих не делится пьедестал —Ну, и пусть не делится!Если шарик маленький тесным стал,Значит, пробил час —И за новым порогомСойдутся дороги…Уже без нас.И она поняла – всё, это финал. Можно какое-то время ещё удерживать его, тянуть отношения, идти на уступки, оставаться рядом. Рядом, но уже не вместе. А смысл? Только делать больнее обоим?
– Как верно сказано, – только и сказала она тогда. –