Дорога в мир живых стр. 118
на подушку.
Ужас, который Катя испытала в те короткие минуты, был острым, ярким, как вспышка, так что, ослепленная им, Катя едва не потеряла сознание.
«Кто это? Вор? Маньяк? – пронеслось в голове. – Почему он стоит там – просто стоит? Замер и не двигается? Смотрит на меня… Чего ему нужно?»
Надо обернуться! Или, наоборот, лучше не оборачиваться? Но, как тут же выяснилось, выбора у нее не было: она не могла пошевелиться.
Артур снова позвонил. Телефон жужжал и жужжал настырной мухой, которая застряла между оконных рам, но Катя не могла ответить. Непонятная сила прижала ее к кровати, не давая возможности двинуться, закричать, позвать на помощь.
Сколько это длилось? Позже Катя пыталась сообразить, но так и не сумела. Все закончилось внезапно. Ее вдруг отпустило: она осознала, что тело вновь подчиняется ей, но не могла ни встать, ни повернуться, ни посмотреть на страшного гостя. А в следующее мгновение заснула. Точнее, не просто заснула: ее будто выключили, как какой-то механизм, щелкнув тумблером.
Когда Катя открыла глаза во второй раз, было без четверти десять. В комнате никого не было. Солнце заглядывало внутрь сквозь щели между плотными темными шторами, которые задергивались на ночь. За окном – звуки большого города. На телефоне – три пропущенных звонка от Артура.
– Выспалась? – весело спросил он. – На беззвучку поставила, наверное? Мне показалось, сначала ты ответила, но звонок сорвался. Я звонил, чтобы узнать у тебя… – Он начал было объяснять, но она не слышала, не понимала. А вместо ответа, не сдержавшись, заплакала.
Через час Катя сбивчиво, пытаясь справиться с нервной дрожью, рассказывала Артуру, что с ней произошло. Он накапал ей пустырника, но лекарство еще не успело подействовать.
Муж слушал внимательно, смотрел с сочувствием, жалостью и вроде бы с недоверием. Нет, конечно, он верил, что она испугалась, но не думал, что кто-то был в квартире
в его отсутствие. Показалось, померещилось спросонья, да еще под впечатлением от фильма. Артур осторожно пытался донести это до Кати, но она стояла на своем.
Позвонила Маша, и Катя принялась пересказывать все во второй раз, уже чуть спокойнее. Подруга выдвинула другую версию, которая показалась Артуру вполне разумной.
– Сонный паралич! – уверенно сказала Маша. – Все признаки налицо: страх, обездвиженность. Ни повернуться нельзя, ни заговорить! Все, как ты сказала. Я про это читала. У многих бывает.
– Ты ведь ничего не видела, так? Вернее, никого? – поддержал Машу Артур. – Просто твои внутренние ощущения.
Ощущения так ощущения, решила Катя. Пускай так. Ей больше не было страшно – при свете дня, рядом с Артуром. Она поддалась на уговоры, тем более и сама в итоге стала склоняться к мысли о том, что это был сонный паралич. Позднее Катя почитала об этом загадочном состоянии, убедилась, что симптомы и вправду совпадают.
«Надеюсь, это не хроническое. Лишь бы больше ничего подобного не испытывать, а то недолго и помереть с перепугу».
Артур весь день старался отвлечь Катю от тревожных мыслей, а под вечер вытащил прогуляться.
– Давай в центр сходим, на Баумана? – предложил он.
«Мы что, туристы?» – подумала Катя, представив себе толпы граждан с видеокамерами и фотоаппаратами. Говорливые, суетливые, замирающие перед городскими достопримечательностями в напряженных позах и с широкими улыбками люди раздражали уже сейчас, когда