Дорога в мир живых стр. 183
Катя не успела. Вдруг стало холодно, словно откуда-то потянуло сквозняком. Горячая вода не спасала, тело моментально покрылось мурашками.
«Дверь, что ли, забыла закрыть?» – подумала Катя, поворачиваясь лицом в ту сторону. Да так и замерла с протянутой к занавеске рукой.
Возле края ванны, почти вплотную, кто-то стоял. Высокая темная фигура. Лица, конечно, не разглядеть – мешает плотная шторка, но силуэт виден отчетливо.
Не «кто-то», а он. Стоит беззвучно, не двигаясь, лишь источая могильный холод. Смотрит на нее, дрожащую, обнаженную, сжавшуюся в комок под горячими струями.
Защититься нечем, да и какой должна быть защита?
Спрятаться – негде, оставалось ждать своей участи.
То, что Катя чувствовала в эти секунды, даже страхом нельзя было назвать, скорее, безысходностью.
А потом он вскинул руки, и она инстинктивно отпрянула, прислонившись спиной к кафельной стене, но уклониться не смогла. Резкий толчок, как тогда, возле зеркала, но только в разы сильнее, Катя поняла, что падает.
«Я умираю!» – сверкнула мысль, и тут же все пропало.
То была не смерть, а всего лишь обморок. Сколько она пролежала без сознания, Катя так никогда и не узнала, потому что с того мгновения, как рядом с ней возникла призрачная фигура, и почти до того момента, как раздался звонок домофона, возвестивший о приходе Маши, само понятие времени перестало существовать.
Очнувшись, Катя обнаружила себя лежащей на дне ванны. Тело ломило – видимо, из-за неудобной позы, хотя наверняка сказать было сложно.
Сверху с шуршанием лилась вода. К счастью, сливное отверстие она никогда не затыкала, так что вода беспрепятственно утекала в трубу. А иначе Катя, наверное, захлебнулась бы в собственной ванне.
«Как Артур!»
Вцепившись в край ванны, чтобы не упасть, она встала на четвереньки, дотянулась до кранов и повернула их. Сразу стало тихо. Жуткий посетитель исчез, но ей все равно понадобилось собрать все свое мужество, чтобы отодвинуть занавеску. Кроме нее, в ванной никого не было.
Ощущения почему-то возвращались не все разом, а постепенно, одно за другим.
Первое, что осознала Катя, был холод. Вода, которую она выключила и которая неизвестно в течение какого времени лилась на нее, почему-то была едва теплой. Оскальзываясь и трясясь, Катя потихонечку, осторожно, как глубокая старуха, выбралась из ванны на кафельный пол, взяла полотенце, закуталась в него, пытаясь унять дрожь.
Следом она ощутила, что болит не все тело, а левая сторона лица и левое же предплечье. Коснувшись скулы, Катя зашипела от боли – похоже, сильно ударилась при падении.
Она кое-как вытерла волосы, хотела было набросить на голое тело халат, но передумала и решила нормально одеться. Брюки и рубашка сиротливой кучкой лежали тут же, на полу, Катя натянула их, а после подошла к зеркалу, ожидая увидеть разбитое лицо.
На скуле наливался огромный синяк, который ничем не замазать. Пройдет, наверное, недели через две. Она слегка наклонилась к зеркалу, чтобы рассмотреть гематому во всех подробностях. И тут зеркало будто взорвалось изнутри, разлетелось на сотню осколков!
Катя отшатнулась, закричала, вскинув руки к лицу, прикрывая его и отворачиваясь. Ее осыпало градом острых зеркальных обломков, похожих на кусочки льда, которые брызнули во все стороны. Только чудом ни один из них не оказался в глазу.
Она повалилась на пол и, перебирая ногами,