Дорога в один конец стр. 115
– Номер пулемета Красовского. Того, с каким он вышел из окружения.
* * *Войдя в комнату, Азаров увидел, что гость стоит у окна, рассеянно рассматривая пейзаж, открывавшийся там. Недопитый стакан с чаем остывал на столе. Услышав шаги хозяина, Дронов повернулся к двери.
– Вот, товарищ подполковник! – протянул ему записку капитан. – В разведроте нашли пулемет, и я переписал его номер.
– Так! – оживился тот. – Давайте-ка сюда!
Он вытащил из полевой сумки несколько листов бумаги, уселся к столу и что-то там стал разыскивать.
– Угу… так… Хм! Товарищ Азаров!
– Да?
– А вот – полюбуйтесь-ка! – И подполковник пододвинул к особисту свои записи. – Это показания того самого унтера, которого притащили бойцы Красовского. Он, как выяснилось, человек дотошный и с хорошей памятью. Среди прочего, запомнил даже номер пулемета, который находился в окопе, – это же были солдаты из его отделения! Так вот, номер пулемета старшины – тот же самый!
– И… что это значит? – Капитан все еще не понимал.
– То, что Красовский, по крайней мере в этом случае, говорит правду. Он действительно взял пулемет в окопе, еще в ту ночь, когда разведрота прорвалась в немецкий тыл.
– Ну и что это доказывает? – удивился Азаров. – Допустим, что он не врет в этом случае. И что дальше? Это как-то его оправдывает во всем остальном?
– А в чем? – Гость пристально посмотрел на особиста: – Раз уж так все пошло – давайте-ка разберем все подробно, не возражаете?
– Конечно же! – обрадованно воскликнул особист, увидев в этом шанс сломать лед недоверия подполковника. Кто его знает, гостя этого… Раз уж сам Николаев его опасается, то мужик, видимо, серьезный и с возможностями. Так что нагадить может основательно.
– Хорошо! – довольно кивнул Дронов.
На столе появился лист бумаги, на котором подполковник написал цифру «один».
– Итак, первое. По какой причине старшина напал на дежурных пулеметчиков?
– Как он говорит, чтобы прикрыть проход саперов, которых обнаружили часовые.
– Угу. Прикрыл?
– Да.
– И даже захватил пленного унтера, который дал ценные показания. Красовский мог предвидеть, что немец расскажет о полученном приказе не препятствовать проходу разведроты?
– Не мог.
– То есть, работай он в качестве немецкого шпиона, этими действиями он поставил бы всю операцию под сомнение?
– Э-э-э… ну…
– Да или нет?
– Мог поставить, – нехотя признал капитан.
– Хорошо! – Гость поставил жирный плюс на листе. – Это уже довод в пользу того, что старшина на немецкую разведку не работал. Во всяком случае – в данном эпизоде.
На листе бумаги появилась цифра «два».
– Отсутствие старшины. Вопрос серьезный! Он опоздал к месту сосредоточения – это правда. Но в результате опоздания вскрыл засаду противника на пути отхода разведроты. Эти сведения он сообщил лейтенанту Малашенко, которому в итоге удалось провести своих бойцов мимо этого места. Правда, без потерь и в данном случае не обошлось, но, попади его бойцы в ловушку неподготовленными, мы вообще не имели бы счастья беседовать с лейтенантом. Так?
– Так.
Еще один плюс появился на бумаге. А подполковник уже выводил следующую цифру:
– Немецкая зенитка, стрелявшая по своим. Доказать то, что это было дело рук старшины, мы не можем. А кто и почему открыл огонь?
– Ну… были ведь случаи, когда немецкие солдаты переходили на нашу сторону…
– Были. Не спорю. Целыми расчетами? Вместе со штатным вооружением?