Дороги шли через войну стр. 31
Саенко… Всем им не терпелось ступить на родную украинскую землю, первыми ворваться в Харьков.
Перед боем заместитель начальника политотдела дивизии гвардии майор Мурадян пришел в полк первого эшелона. Время позволяло накоротке провести партийное собрание. Доклад делал замполит полка. Мурадян внимательно слушал доклад и выступления боевых побратимов. Они звучали как клятва, в них было горячее нетерпение — коммунисты рвались в бой.
После собрания к Мурадяну подошли бойцы, командиры. Выражая общее настроение, красноармеец Санько сказал:
— Эх, скорее бы на Харьков! Там дом мой, семья осталась, полгода никаких вестей…
Виктор Асланович умом и сердцем понимал настроение бойца. Да, дом его рядом, но кто знает, дойдет ли этот солдат-пехотинец до родного порога, да и жив ли кто из родных…
— Теперь уж скоро. Можно сказать, дождался, — сказал Мурадян бойцу. — Вашему полку предстоит штурмовать Харьков со стороны Холодной Горы. Так что вам и брать ключи от города.
— Чем ближе дом, тем тревожней на душе, — поделился Санько сокровенными мыслями. — Чует сердце что-то недоброе. Придется ли свидеться со своими?
— Не переживай, — успокаивал его Мурадян. — Перед боем грусть да кручина — союзницы врага. Вот увидишь, все будет хорошо.
Командира полка гвардии подполковника Середу и заместителя начальника политотдела дивизии Мурадяна связывала крепкая боевая дружба. Григорий Середа родом из Николаева. Перед самой войной окончил Харьковское пехотное училище. Лейтенантом пришел в полк, в котором комиссаром был Мурадян. Тут они и познакомились. Смелый, грамотный офицер, Середа быстро рос как командир. Скоро он принял роту, затем стал комбатом, заместителем командира полка. В свои двадцать два года Григорий Середа стал командовать полком. Он был в дивизии самый молодой командир полка.
Середа перенимал у комиссара военный и особенно политический опыт, дорожил дружбой с ним. Они вместе шли с боями от белорусских лесов до Дона и от Дона до Курской дуги. И вот дошли до Украины. И хотя гвардии майор Мурадян был теперь в политотделе дивизии, он часто приходил в родной полк — поговорить с людьми, повидать своего друга Григория.
— В Харьков с твоим полком пойду, Гриша, — сказал Мурадян Середе.
— Буду рад этому, — ответил командир полка.
— Перед боем надо собрать людей, провести митинг. Сейчас половина пятого. Когда соберем? — спросил Мурадян, глядя на часы.
Митинг назначили на восемнадцать часов. Его открыл Виктор Асланович.
— Товарищи гвардейцы-белгородцы! — сказал он. — Перед нами — Харьков, второй по величине и значению город Советской Украины. Нас ждет измученный, но не покоренный народ — потомки Богдана Хмельницкого и Тараса Шевченко, батьки Боженко и Николая Щорса. Нас зовут вперед, на Харьков, сыны и дочери Украины — наши единокровные братья. Нас ждут могучий
Днипро и древний Киев… Вперед, на Харьков, боевые друзья!
Коротко, горячо, по-боевому говорили на митинге наводчик орудия комсомолец Замай, парторг полка Полянский, начальник штаба Федоренко. У всех был единый порыв — скорее в бой…
Лишь солнце выглянуло из-за горизонта, загремели наши орудия. После артподготовки поднялась пехота и пошла на штурм города. Гвардии майор Мурадян, как и обещал Середе, был в его полку. Дивизия наносила удар с запада на восток, а полк Середы имел задачу выйти в район Холодной Горы. Вскоре батальон гвардии капитана Федоткина овладел зданием пехотного училища, которое перед войной окончил Григорий Середа. Командир полка перенес сюда свой командный пункт.