Библиотека

Дорогой отцов стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

Кутузова.

— Товарищ Верховный Главнокомандующий, — по-военному четко заговорил Еременко.

Сталин улыбнулся. Генерал снизил тон.

— Товарищ Сталин, по вашему приказанию явился. Курс госпитального лечения закончил, — уже спокойнее доложил Еременко.

— Не очень, видимо, закончил — хромаете?

— По госпитальной привычке, Иосиф Виссарионович.

Сталин сделал несколько шагов по кабинету, пристально посмотрел на генерала.

— Хотим уважить вашу просьбу, — перешел он к делу. — Есть предложение назначить вас командующим фронтом. Как вы на это посмотрите?

— Спасибо, товарищ Сталин, за доверие.

Сталин подошел к Еременко.

— Фронт трудный. Сталинград может пасть. А мы не хотим этого. — Сталин слегка приподнял руку и не резко, но решительно рассек воздух. — Не допустим этого.

— Товарищ Сталин, нет выше долга, чем служение Родине, партии, народу.

— Спасибо, товарищ Еременко. Прошу ознакомиться с положением на фронте, подумать и сказать нам свои соображения.

Еременко весь день работал в Генеральном штабе, а вечером того же дня начальник Генерального штаба Советской Армии Василевский и генерал-полковник Еременко вновь прибыли в Кремль.

— Ознакомились? — поздоровавшись с генералами, спросил Сталин, обращаясь к Еременко.

— Так точно, товарищ Верховный Главнокомандующий.

Василевский подал Сталину проект приказа о реорганизации фронта. Сталин спросил Еременко:

— Какие у вас замечания по проекту приказа?

— Я прошу, товарищ Сталин, разграничительную линию вверяемого мне фронта расширить в сторону севера за счет Юго-западного фронта.

Сталин, посмотрев на

две золотые полоски на груди Еременко — знак тяжелых ранений, заметил:

— Это очень хорошо. Очень хорошо, что мы ввели эти знаки. — Сталин закурил трубку. — Так вы просите расширить ваш фронт? — Он немного подумал. — Едва ли это целесообразно в настоящее время. Сейчас главная опасность угрожает Сталинграду с юга, из района Котельниково. Я предлагаю установить такую разграничительную линию вашему фронту. — Сталин взял цветной карандаш, показал ему линию фронта. — Видите? — Сталин поставил карандаш на район Котельниково. — Отсюда самый прямой и самый короткий путь до Сталинграда. Ровная степь. Удобные просторы для действия танков и авиации. — Помолчал. — Именно здесь, надо полагать, противник попытается прорваться к Сталинграду. — Сталин неторопливо повернулся к Еременко.

Тот в ответ сказал:

— Я подумаю. На месте во всем разберусь и тогда доложу, товарищ Сталин.

— Очень хорошо. Желаю успеха.

…Новый командующий четвертого августа вылетел в Сталинград. Командный пункт фронта находился в центре города, в глухой штольне крутого суглинистого склона оврага. По глубокому, обрывистому оврагу протекала мутная речушка Царица с широким руслом, размытым вековыми весенними паводками. Штольню в глубь горы с двумя неширокими коридорами проложили московские метростроевцы. Командный пункт изнутри обшили свежим горбылем. В штольне пахло сосной, сырой глиной, речным илом.

Еременко, ознакомившись с положением дел на месте, понял, что обстановка на фронте куда сложнее, чем он думал. Армии его фронта насчитывали к тому времени всего несколько стрелковых дивизий. В составе же шестой пехотной и четвертой танковой немецких армий, непосредственно наступавших на Сталинград, было двадцать девять дивизий, в том числе четыре танковые и три моторизованные.

С воздуха эти дивизии поддерживал четвертый воздушный флот Рихтгофена численностью в девятьсот боевых самолетов. Немецкое командование замыслило занять Сталинград с ходу.

Нужного удара, однако, не вышло, наступательная машина неожиданно заскрипела, гитлеровское командование поставлено было перед необходимостью развертывания более широкой операции на донских просторах. Противник вознамерился зажать город в клещи — с юга и с севера — путем одновременного наступления шестой армии генерала Паулюса

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.