Доверие стр. 57
знаю, что делать с океанами! Там же кошмар что творится! Разве до отдыха сейчас?
Я тоже не знаю, что с ними делать, отвечало ему запрокинутое лицо.
Но я же действительно не знаю! И никто не знает! Очнитесь, подумайте. Хоть пару слов, хоть намек, а там - уж как хотите, правда. У меня не хватит духу, а ведь это самое главное. Я же... Ринальдо! Я же слабый!
Хорошо бы, если так, сказал Ринальдо. Хватит с нас сильных.
И больше с ним никого не было.
Синий холм на виске пугающе вздулся, замер, затрепетал, а затем медленно опал и перестал шевелиться. Секунду все стояли неподвижно. Потом врач молча взглянул на часы и пошел по кругу, снимая контакты, отдирая присоски. На экране осциллографа сияла узкая, как лезвие, тонкая и неподвижная линия - мимоходом врач щелкнул тумблером, и экран погас.
МЭЛОР
На опушке папоротниковой чащи компания молодых ребят самозабвенно резалась в футбол. Мэлор остановился, прислонившись к шесту, на котором красовалась уже пооблупившаяся надпись: "В ночное время вход в лес запрещен. Соблюдать осторожность. Плотоядные лианы!" Некоторое время он бездумно смотрел, как голые по пояс строители, покрикивая друг на друга, гоняют мяч по утоптанной глинистой площадке, за которой, одна вплотную к другой, теснились тяжелые полусферы замерших у котлована экскаваторов. Когда под общие вопли и добродушную, азартную перебранку: "Куда ты смотрел?!" - "А сам-то!" - в ближайшие к нему импровизированные ворота закатили очередной гол, Мэлор оттолкнулся плечом от шеста и не спеша подошел к вратарю.
- Сто лет не играл, - сказал он. - Дайте постоять.
- А ты чьих же будешь? - подозрительно спросил вратарь, звонко похлопывая по мячу широкой ладонью. Его плечи и грудь лоснились, мокрые от пота; от налипшей пыли кожа приобрела лимонный оттенок.
- Астрофизических, - поколебавшись, ответил Мэлор. Парень усмехнулся.
- Что ж вы, астрофизики, - сказал он. - Вовремя со звездой не могли разобраться? То давай-давай на Терру, то давай-давай с Терры...
- Только длительные постоянные наблюдения показали опасность, объяснил Мэлор и с досадой сплюнул. - А, не говори, самому тошно. На Землю вернемся - вставим приемной комиссии фитилей.
Последний звездолет на Землю ушел три четверти часа назад.
- Да уж надлежит, - сказал вратарь. - Сколько мы тут настроили! И главное, все скорей, скорей, в три смены! Обидно... - Он внезапным стремительным движением кистей выбросил мяч в Мэлора, но Мэлор успел поймать. По лицу вратаря скользнула тень удовлетворения. Он обернулся к сбившимся в кучу игрокам и крикнул:
- Ребята! Тут астрофизик страдает! На ворота хочет. Дадим?
- Все равно делать не хрен, - отозвался один из команды. - Пусть встряхнется.
- Спасибо, - сказал Мэлор и стянул свитер, разорванный от ворота до лопатки. Чжуэр пытался насильно втащить его в катер, а он исступленно отбивался и кричал: "Оставьте! Я жить не буду!", и отрывал от себя длинные сильные руки, и свитер с мягким шерстяным треском разъехался чуть ли не пополам. Это отрезвило обоих. Еще несколько секунд Чжуэр, тяжело дыша, глядел в лицо Мэлору белыми бешеными глазами, а потом резко повернулся и почти упал в лифт. Вратарь, усмехаясь, посмотрел на свитер, но ничего