Драгоценная паутина стр. 140
как задержать у себя коллекцию и заменить фальшивку!
Вдруг Флейм осенило: а если этот камень не единственный поддельный? В коллекции несколько больших рубинов и сапфиров. Флейм закрыла глаза и глубоко вздохнула. Нет, она не может стоять так и ничего не делать, когда ее карьера готова рухнуть раз и навсегда! Флейм посмотрела на Софию, любовавшуюся на свое отражение в зеркале. Она явно была очень довольна собой!
Флейм расправила плечи. Но что она ей скажет?..
– В чем дело?
Флейм вздрогнула. Погруженная в свои ужасные мысли, она совершенно забыла о Фрэнке Йенсене, который орлиным взором наблюдал за всеми. Он видел все.
Она шепотом рассказала Фрэнку о происшедшем. Лицо Фрэнка помрачнело, когда он посмотрел на Джастина. Но все, что он мог сделать, это выразить сочувствие и поддержать ее морально. Флейм попросила рассказать обо всем Рису, потом, высоко подняв голову, выпрямив спину и с сердцем, замирающим от болезненного страха, дала указание охране отодвинуть ограждение еще на фут от стола, чтобы какая-нибудь остроглазая матрона, знающая толк в драгоценностях, ничего не заметила, и медленно прошла через толпу к Софии.
София ди Маджори наконец отвернулась от зеркала, счастливо вздохнула и шагнула к автору украшений, о которых, конечно же, будут говорить еще очень долго!
– Кара, это замечательно. Ну что я могу еще сказать?
Она перешла на более привычный для себя итальянский язык, и Флейм поддержала ее.
– Я рада, что вам понравилось, синьора. Хотя полагаю, чтобы убедиться в идеальности подгонки, нужно еще раз все проверить. Колье, например, надо поправить, чтобы оно село точно на ключицы. Серьги – чуточку укоротить!
Флейм понимала, что говорит чепуху. Все было измерено и учтено. Но она рассчитывала, что София, очарованная вещами, захочет достичь идеала. Если бы только удалось на этом сыграть!
– Поскольку тиара делалась в секрете, она может не слишком удобно сидеть на голове. Или… вы не против? – Она мягко подняла подбородок Софии, слегка повернула его вправо, чем немедленно воспользовались обрадованные репортеры. – Я так и думала, маска не совсем правильно лежит на щеке. Через некоторое время она начнет раздражать, а это будет ужасно. Ничего страшного, – продолжала Флейм. – Просто надо подправить вот здесь. Я уверена, вы ведь хотите иметь абсолютно безупречные вещи?!
Ди Маджори медленно кивнула, но Флейм видела, что она не в восторге от этой идеи. Ей не хотелось выпускать из рук новые сверкающие игрушки.
– На это уйдет неделя, – сказала Флейм, думая, успеет ли она за столь короткое время найти камни, обработать их и вставить. – Но зато вы сможете их носить постоянно, ни о чем не беспокоясь! – Как вовремя она это сказала! Сердце Софии смягчилось…
– Ты права, кара, коллекция должна быть идеальной!
Флейм чуть не упала в обморок. Господи, какое счастье!..
София тем временем, увидев мужа из-за плеча Флейм, извинилась и отошла.
Флейм кивнула оркестру, он заиграл модный в двадцатые годы вальс.
Она быстро нашла шефа секьюрити и сообщила об изменении планов – коллекцию надо немедленно увезти обратно в «Альциону». Потом она повернулась и увидела Риса.
– Ты убедила ее оставить у нас драгоценности?
Флейм кивнула и облизала высохшие губы.
– О, Рис, мне так страшно! Я сказала ей, что она получит коллекцию обратно через неделю. Но