Драгоценная паутина стр. 9
рассказывать Флейм. – Мне было пятнадцать, но я быстро все схватывала. Меня повели в цех, где отливают формы. Я думаю, они надеялись, что мне быстро наскучит и от меня можно будет отделаться раз и навсегда. Но не тут-то было. Когда мы перешли к чеканке, я даже подержала в руках некоторые инструменты… Венди, это просто замечательно. Резцы, чертилки, измерители… Здорово, правда?
Венди хмыкнула.
– Знаешь, в чем твоя проблема? Ты недооцениваешь себя. Твои украшения необыкновенные. И ты сама необыкновенная. Понимаешь, почему тебя все любят? Потому что ты никогда никого не судишь. Давай посмотрим правде в глаза, Флейм. У тебя есть то, что позволяет в жизни стать победителем. Я не о миллионах твоей семьи, не о твоей внешности, а о тебе самой. Ты сильная, ты знаешь, чего хочешь. Тебе нужно только одно: уверенность в себе, – добавила она.
Флейм не успела ответить, потому что в дверь постучали.
– Войдите! – бросила она автоматически.
Увидев преподавательницу с мрачным, озабоченным лицом, она быстро вскочила с кровати.
– Альциона. Ты Альциона, не так ли?
Флейм кивнула.
– Да, что-то случилось?
– Боюсь, у меня плохие новости. Мне только что позвонила твоя мать. У дедушки был сердечный приступ.
Флейм почувствовала, как от лица отлила кровь. Она представила себе его – Микаэла Корральдо, высокого, гордого,
седовласого. Отец матери всегда был главным человеком для нее – главой семейства, гением бизнеса. Он представлял интересы семьи Корральдо в Соединенных Штатах. Веселый, любящий дедушка. Это он разрешил Флейм побывать в цехе в то лето, когда ей исполнилось пятнадцать, хотя и был немало удивлен ее желанием. Вдруг Флейм показалось, что это было давным-давно.
– А сейчас с ним все в порядке? – спросила она дрожащим голосом и, взглянув на женщину, встретила сочувствующий взгляд.
– К сожалению, нет, Альциона, – тихо сказала Джанет.
– Он умер? – казалось, голос Флейм прилетел издалека.
– Да. Мне очень жаль. Он умер.
ГЛАВА 2
ОксфордВ форменном платье продавщицы кондитерского магазина в бело-розовую клеточку, девушка казалась совсем не на месте в маленькой комнате старинного колледжа. Джастин наблюдал за ней, стоя в небрежной позе возле арочного окна и щурясь под лучами бледного декабрьского солнца.
– Это очень старый дом, да? – бесхитростно спросила девушка.
– Как и большинство колледжей в Оксфорде. – Джастин с трудом удержался от сарказма. Она ведь просто девушка, которая торгует пирожными с кремом на крытом рынке. – А ты давно в Оксфорде? – Он улыбнулся, задавая вопрос. Если девушка вдруг обидится, он быстро успокоит ее ласковым голосом, это он умеет… Но мысли его в этот момент были вовсе не из приятных: он знал ответ на свой вопрос, но ждал, признается ли она. Нет, не призналась.
– Не-а, недавно, – недолго думая соврала Гейл и слегка виновато ссутулила худенькие плечи.
Джастин кивнул, даже не удивившись обману, и медленно оттолкнулся от каменного подоконника. Он потянулся, словно демонстрируя свое атлетически сложенное тело, с явным удовольствием и уверенностью в себе, которая могла бы показаться надменностью, но странным образом не казалась таковой. Гейл наблюдала за этим представлением, оценивая партнера; она немного успокоилась от напоминания о том, зачем она согласилась прийти в эту комнату.
Маленькая, темноволосая, хорошенькая, не слишком умная, она была влюблена в Оксфорд, точнее в его студентов. Она балдела от