Дракон коварный, одна штука стр. 27
кристаллов, направляющие линии для течения энергии, ячейки с координатами, рычаги и тумблеры. Глядя на эту штуку, не всегда верится, что я сам всё это и создал.
Только до ума пока не довёл. Не добавил защиту от кривых рук!
Примерно через полчаса стало ясно, что я здесь надолго. Пришлось телепортироваться в казарму новобранцев и предупредить Форгина, чтобы пока не ждал.
– Можешь делать с мальками всё, что твоей чёрной душе угодно, – сказал я.
Преподаватель по политической подготовке обрадовался.
Я же вернулся в замок, выпил большую кружку кофейного отвара и снова взялся за дело. Горе-помощнички были здесь же, но благоразумно ждали распоряжений в стороне.
После двух часов безрезультатных попыток вернуть в портальное окно алые пески Сахаэ, я выругался совсем уж неприлично, и вытащил из гнёзд все силовые кристаллы. Окно начало гаснуть, силовые линии тоже, а портальный блок теперь напоминал не сложную магико-механическую систему, а заваленный всяким хламом стол.
Я выругался опять и ушёл обедать – Виржас и Урам догадались накромсать мяса, овощей и приготовить целый кувшин отвара, закинув туда, наверное, весь запас кофейных листьев, что был в лаборатории.
Сделав первый глоток, я… да, опять разразился бранью. А ещё вспомнил про жареный картофель от Нежного. Дать кадету поручение? Или… Впрочем, ладно. Потом.
Пока я ел, блок успел полностью погаснуть и остыть. После этого началось его восстановление – возвращение силовых кристаллов и настройка практически с нуля.
Освободился я только к вечеру, и желание заниматься мальками было последним в моём списке. Вернувшись в казарму новобранцев, я хотел сразу лечь спать, однако чувство долга взяло верх.
Я отыскал Форгина, поинтересовался:
– Ну что? Как дела?
– Отлично! – коллега и подчинённый оскалился.
Я кивнул. Подробности устроенных Форгином экзекуций можно узнать и завтра, хотя готов поспорить, что ничего нового он не придумал. Наверняка изводил кадетов своими тестами. Гадостью, от которой у любого вспухнет голова.
Я уже
развернулся, чтобы уйти, но Форгин окликнул:
– Кстати, Рагар, есть одна мысль.
Пришлось остановиться.
– Давай переселим Нежного в третью преподавательскую комнату? Она всё равно пустая.
Я не понял. Заломил бровь.
– Опасаюсь за его безопасность, – объяснил Форгин. – Нежный выскочка и всех бесит.
– Если поселим отдельно, будет бесить ещё больше. Нежного нельзя выделять.
Преподаватель по политической подготовке поморщился.
– Рагар, я полностью доверяю твоему мнению, но и ты послушай. Пересели парня. Зачем нам стычки между птенцами? Они все молодые, горячие, глядишь наворотят дел.
Под «делами» подразумевались драки, за которые выгоняют с отбора. После такого вылета шанса поступить в приличное учебное заведение уже нет.
А в отборе, в основном, аристократы, представители знатных семей – их родители начнут высасывать мне мозг, пытаясь оспорить решение, и могут при случае попортить жизнь самому Харринтеру.
Хотя это всё вторично. Аргумент номер один: Нежный – это действительно провокация. Даже мне порой хочется его прибить, что уж говорить о тех, кому малёк регулярно утирает нос?
Вот только…
– И чем мы это объясним?
Форгин посмотрел удивлённо.
Нет, я в курсе, что как командир не обязан объяснять свои приказы, но это не тот случай. В этот раз нужно сказать, чтобы избежать лишней напряжённости. Той самой,