Драконье пламя стр. 14
уголь едят, — объяснил мальчик, ежась под взглядом отца. Дрожащим голосом он закончил: — Я думал, что они едят самое лучшее.
— Твой парнишка очень сообразителен, Тарик, — сказал Моран, весело рассмеявшись. — С логикой у него все в порядке.
— Его дело — взрослых слушать и учиться у них, — ответил Тарик. — А думать ему незачем.
Моран озабоченно посмотрел на горняка.
— Арфистам очень даже надо думать.
— Арфистом он не будет, — ответил Тарик. — Кристов будет горняком. Как мой отец и отец моего отца. — Он мрачно ухмыльнулся Морану и поднял ладонь над головой Кристова. — Мы даже сложены как горняки.
— Сдается мне, что и горняку думать не вредно, Тарик, — сказал Моран, неодобрительно качая головой. — Времена меняются. Старые шахты выработаны, новые залежи слишком глубоко под землей. Так что сегодня горняцкое дело требует нового образа мышления.
— Только не для меня, — ответил Тарик. — Все, что мне надо, я знаю. Я проработал горняком уже двадцать Оборотов, я учился у моего отца, который проработал в забое тридцать Оборотов и пошел в забой в тринадцать. А нашу залежь впервые нашел его отец семьдесят Оборотов назад.
Громоподобный удар и порыв холодного воздуха был предвестником появления огромного крыла драконов, которые пронеслись низко над толпой.
— Телгар! — закричала толпа.
Драконы резко вошли в пике, затем, дважды перевернувшись через крыло, набрали высоту и зависли в воздухе, смешавшись с подростками так, что казалось, будто два драконьих крыла летят как одно, несмотря на то что ведущее крыло летело ровным строем, метром ниже подростков.
Кристов ахнул, когда подростки сбросили мешки, которые тут же подхватили всадники больших драконов. Глянув на куртку бронзового командира боевого крыла, он заметил на ней стилизованный символ, — пшеничное поле в белом ромбе. Это был сам предводитель Вейра.
Боевое крыло дружно развернулось и снова вошло в пике, безупречно зависнув в той же точке, в которой они вынырнули из Промежутка. Паря, драконы изгибали шеи и поворачивали головы к всадникам, которые открывали доставленные мешки и забрасывали огненный камень драконам в пасть.
— Страшная штука этот огненный камень, — услышал Кристов бормотание арфиста у себя за спиной. — Страшная штука.
* * *Планета Перн была прекрасным миром, заселенным сотни Оборотов назад колонистами, искавшими убежища от ужасов межзвездной войны — вернее, от всех войн.
Но при первом осмотре Перна разведчики упустили, что одна из ее сестер-планет движется по необычайно нестабильной орбите. Только на восьмой Оборот после Высадки поселенцы узнали об опасности — когда планета, известная как Алая Звезда, подошла достаточно близко, чтобы сбросить смертоносный груз Нитей в пространство и на плодородный Перн.
Нити, чужеродная форма жизни, появились в атмосфере Перна в виде длинных серебристых прядей, пожиравших любой органический материал — ни плоть, ни растительность не знали спасения от них. Одна зарывшаяся Нить могла уничтожить жизнь в целой долине за полдня.
Находчивые колонисты оборонялись при помощи оставшихся у них космических технологий, изобретая способы долговременной биозащиты. Главным оружием стали огнедышащие драконы, они поглощали богатый фосфином минерал — огненный камень, который позволял им выдыхать пламя. При рождении, во время ритуала так называемого Запечатления, дракон создавал телепатические узы с человеком-всадником, который вместе со своим гигантским летающим скакуном рисковал жизнью, сражаясь с Нитями. Так Перн выжил.
Алая Звезда ушла, и Нити