Драконья буря стр. 18
было. Ее отсутствие породило в душе Тальи физически ощутимую, болезненную пустоту.
Какое-то время внезапную тишину нарушал только плеск воды о причал и кору могучих стволов. Потом снова зазвучали голоса — жители рощи вытаскивали из воды не утонувших земляков. Каноэ со всех сторон собрались к лодке целителя, делая бегство окончательно невозможным. Отец Кира успел затащить сына к себе в каноэ и вез его в сторону пристани. Кир сидел на корме и что-то кричал Талье, но она видела только, как двигались его губы.
Потом ее схватило множество рук, вцепившись крепко — до синяков.
Однако чуть позже все руки неожиданно разжались. Деревенские каноэ поспешно отходили от лодки целителя, а люди на причале пронзительно закричали.
Талья напрягала зрение, то вглядываясь в густеющие сумерки, то щурясь против последних лучей солнца. Она все пыталась высмотреть где-нибудь свою драконицу.
— Карки! — Голос целителя сорвался.
Он свесился за борт, опасно накренив лодку, и здоровой рукой все-таки подхватил плававшее весло.
Талья дико озиралась, сердце в груди превратилось в холодный булыжник. Ее глазам предстали три корабля с высокими мачтами, едва видимые в последнем свете угасавшего дня, — магия капитанов до последнего прятала корабли от всех взглядов. А теперь с них уже спускали маленькие, узкие, быстрые лодки, и они мчались к деревне, оставляя за собой хвосты белой пены.
Каждой лодке давала движение жизненная сила пленника, забираемая без остатка, чтобы придать магии должную силу.
— Талья, греби! — негромко, но властно приказал Слэйн. — Живо! Назад к островку! Пока они занимаются рощей и ловят пленников.
— Кир… — Талья смотрела в сторону деревни, но каноэ его отца уже скрылось из виду. Жители поспешно вооружались, вытаскивали лодки, лезли вверх по стволам. — Как же я брошу Кира?
— А вот так и бросишь, — хрипло выговорил целитель. — Ничто не имеет значения. Ты — важнее всего!
Она схватилась за борт, намереваясь прыгнуть в воду.
В этот самый миг что-то ударило ее по затылку, перед глазами взорвалась алая вспышка, а потом все затопила темнота.
Когда Талья очнулась, над ней лучилось синее небо, а в голове пульсировала противная боль.
— Мне очень жаль. — На фоне неба возникло лицо Слэйна. — Я не хотел так крепко ударить. Вот, выпей. — И он обнял ее за плечи, помогая приподняться, а другой рукой поднес к ее губам чашку. — Это поможет.
Питье оказалось до того горьким, что Талья сморщилась, но головная боль вскоре унялась, и она села.
— Кир… — проговорила она и попыталась подняться, но Слэйн удержал ее, положив руку на плечо.
Три корабля карков дрейфовали чуть в стороне от рощи, темные лодки продолжали сновать туда и обратно. В направлении рощи они уходили пустыми, обратно же прибывали набитые связанными пленниками. Насколько можно было судить, в основном это были дети. Талья остолбенело следила за тем, как одна из лодок причалила к своему кораблю и первого из пленников подцепили за связанные руки, чтобы поднять лебедкой на борт. С этого расстояния она едва различала бледные силуэты рабов, прикованных вдоль поручней. Это их жизненная сила питала магию, дававшую движение кораблям. Питала в течение какого-то времени — пока не кончалась.
Парень, которого поднимали наверх, между тем яростно извивался, невзирая на спутанные руки и ноги. Был ли это Кир?.. Талья