Драконы во гневе стр. 31
но когда некоторые воины, пришпорив коней, отправились разведать обстановку впереди, оказался среди спутников принцессы и тут же поспешно ретировался.
То, что Сефи прилюдно осадила Мэбли, не способствовало его популярности. Он дал слабину, и теперь солдаты, казалось, лишь терпели его присутствие и не ждали от него указаний. По мере удаления от Толсина власть медленно уплывала из рук судьи, и в конце концов вся она плавно перетекла к Резолюту.
Мэбли ужасно злило, что Резолют de facto присвоил себе лидерство. Воркэльф, используя Дрени как помощника, высылал разведчиков и следил, чтобы охранники постоянно сменяли друг друга в этой роли. Только один толсинский солдат воспротивился приказам Резолюта — до тех пор, пока Уилл саркастически не заметил, что оказывать неповиновение Резолюту глупо, а с глупыми людьми часто происходят несчастные случаи, в результате которых они иногда ломают ноги. Охранник тут же сдался и вскоре обнаружил, что Резолют действительно знает, что делает.
Радость Алексии по поводу утренних событий была бы полной, если бы не каменное выражение, застывшее на лице Ворона.
— Ворон, неужели ты, в самом деле, думаешь, что я позволила бы им просто так взять и увезти тебя? Думаешь, в таком случае тебе удалось бы добраться до Мередо живым?
Ворон сердито нахмурился.
— Может, и не удалось бы, хотя Мэбли, вполне возможно, приблизился бы к столице и того меньше, но это теперь не имеет значения. Я не хочу, чтобы вы вмешивались в то, чему суждено случиться со мной. Я же просил вас этого не делать, — он поднял левую руку и коснулся большим пальцем золотого кольца. — Керриган изготовил кольца, как я понимаю? Тем же способом, каким сделал дубликат фрагмента?
— Ему пришлось на время взять кольца у хозяина гостиницы и его жены, чтобы лучше почувствовать их, но, в общем, да.
Ворон покачал седой головой.
— А потом Уилл пробрался в таверну и надел кольцо мне на палец.
Алекс кивнула.
— Меня там не было. Я в это время отвлекала Мэбли и некоторых других. Все оказалось очень просто.
— Если не считать сломанной ноги.
— Он же тебя бил этими ногами.
Ворон пожал плечами.
— Ну, это было не больно. Он бил, словно девчонка.
Принцесса широко распахнула фиалковые глаза:
— Если бы я тебя избивала, ты бы этого не сказал.
— Да уж, — Ворон посмотрел на нее; вокруг его левого глаза кожа выглядела болезненно желтой с красными прожилками. — Хотя фактически вы нанесли мне удар. Тем, что сделали.
— Скажите, какой ужас — его спасают! Ворон, можно подумать, в тебе говорит уязвленное самолюбие, — Алекс откинула назад голову и рассмеялась. —
Судя по твоим речам, тебя ударили по голове сильнее, чем я предполагала.
Ворон подтянулся, горделиво выпрямив спину. Далось ему это нелегко, но догадаться об этом можно было, лишь заметив, как напряглось его лицо.
— Все вы понимаете, принцесса. Я хочу, чтобы вы оставили меня. Хочу, чтобы происходящее со мной не коснулось вас, чтобы вы были в безопасности. Я годами готовился, зная, что когда-нибудь все это случится, а вы — нет. Моя судьба — это мое дело, и вам не следует вмешиваться.
— Ты хочешь, чтобы я была в безопасности. Почему?
— Потому что мир зависит от вас. Ваша роль очень важна.
Алекс подалась вперед, перегнувшись