Драконы во гневе стр. 604
заворачивать в него голову, затем закрепил ткань кожаными завязками, получился небольшой милый узелок:
— Все готово к отправке, ваше высочество.
— Спасибо.
Перрин опустилась на землю рядом с принцессой и сложила крылья:
— Насколько я смогла заметить, сестра, никто не смог убежать. Несколько ледяных когтей остались живы, но мы можем выследить их завтра при свете дня.
— Спасибо, Пери, — Алексия указала на узелок в руках у солдата, — если не затруднит, не могла бы ты доставить это главнокомандующему авроланов?
— С твоими наилучшими пожеланиями?
Алекс посмотрела на свою улыбающуюся сестру и покачала головой:
— Нет, не хочу, чтобы ты приближалась к ним так близко.
Пери взяла сверток и, отойдя назад, раскрыла крылья:
— Твое послание будет доставлено, Алекс.
— А я буду ждать ответа.
* * *Изаура почувствовала ярость Анаруса еще до того, как услышала отчаянный волчий вой, возвещавший о ней. Она высвободилась из теплого кокона одеял, в которых спала, и не торопясь оделась. Принцесса знала, что ей придется принять сулланкири, но если она будет первой, кого он увидит, то весь свой гнев он выплеснет на нее. Этого ей хотелось избежать.
Задержавшись у себя настолько, насколько это было возможно, девушка прошла сквозь лабиринт ходов в командном павильоне
и очутилась в центральном зале. Нескарту и Нэлрос пришли раньше. Признаков Тицаи она не обнаружила, но поскольку бессмертная сулланкири уже ничего не видела нормальными глазами и не нуждалась во сне, она часто гуляла ночью или ходила в дозоры.
На столе на смятой, насквозь пропитанной кровью ткани лежала голова бормокина. Судя по белому рисунку на его лице, Изаура поняла, что это был один из их командиров. И только лишь приглядевшись и заметив, что это была не просто ткань, а флаг, девушка поняла значение лежавшей на столе головы.
Нескарту повернулся и посмотрел на нее.
Это доставила гирким, любимица Алексии. Фланговая атака не удалась.Изаура взглянула на Нэлроса. Это он предложил бросить больше сил для проведения этого маневра, но Анарус отдавал предпочтение скорости. Анарус, и это удивило Изауру, становился вспыльчивым и несдержанным, когда луна шла на убыль, и, казалось, лучше контролировал себя, когда приближалось полнолуние.
Заметив принцессу, дракоморф кивнул, но не промолвил ни слова.
Волк-сулланкири гневно ходил из стороны в сторону. Стоит ему повернуться и посмотреть на окровавленную голову, он тут же готов был вонзиться в нее зубами. Все время он то злобно рычал, то проклинал все на свете. В глазах сверкали дьявольские огоньки. Когда он рычал, его клыки обнажались. Происходило это угрожающе часто. Ярость и негодование сочились из него, словно жар из раскаленного камня.
Волк-сулланкири вдруг поднял голову и навострил уши. Высунув длинный язык, он облизнулся. Поежившись, он спрятал когтистые руки за спину:— Некоторые вещи стали мне ясны теперь. Во-первых, жители Мурозо вынесли много полезного из плачевного состояния, в котором находится сейчас Себция. Единственный способ не позволить нам напасть на их города и устроить осаду — это не позволить нам добраться до их городов. Что они и делают, блокируя дороги и присваивая нашу провизию и боеприпасы. Тем не менее довольно скоро наша армия пополнится войсками, идущими через Порджал, поэтому те, которых они уничтожили, будут нам не нужны.
Нэрлос кивнул:
— Если хотите, лорд Анарус,