Драконы во гневе стр. 7
А теперь уходи, дочь моя, и делай, что должно. Мир нуждается в тебе.
Черный Дракон сделал пас рукой, и волна головокружения нахлынула на Алексию. На мгновение она провалилась во мрак и очнулась уже в своей постели. Сквозь деревянный пол, снизу, из общего зала таверны, доносился шум. План, о котором Алекс говорила, уже принял в сознании принцессы четкие очертания. Отбросив одеяло, она свесила с постели длинные, стройные ноги и принялась натягивать сапоги.
— Ворон, ты всю жизнь спасал других, и теперь настало время отплатить тебе за труды.
ГЛАВА 2Уилл Норрингтон беспокойно расхаживал по комнате, бросая сердитые взгляды на могучего воркэльфа, который сидел прислонившись к спинке кровати.
— Они собираются убить Ворона! Как можешь ты просто сидеть сложа руки? Вы ведь же друзья вроде как!
Резолют неспешно открыл глаза и вперил в молодого человека холодный серебристый взгляд.
— Выбирай выражения, парень.
По спине Уилла пробежал холодок, но кипящая в нем злость пересилила все остальное.
— Что, прикончишь меня, если я скажу что-то не то?
— Нет.
Это единственное слово было произнесено низким, сиплым голосом, который скорее напоминал рычание, а не речь. У Резолюта, как и у всех эльфов, были длинные ноги, и когда он стоял, гребень серебристых волос, протянувшийся полосой вдоль черепа, касался потолка. Тем не менее могучему телу воркэльфа не доставало той стройности и хрупкости, что свойственны большинству эльфов. Мощные плечи бугрились мускулами и были густо испещрены загадочной татуировкой, которую всюду пересекали шрамы. Костяшки пальцев отчетливо выделялись на мощных, привыкших к оружию руках.
Воркэльф сощурил глаза.
— Выбирай выражения, или в противном случае тебе придется взять свои слова обратно. И мне плевать, что ты там думаешь.
Уилл, в физическом отношении полная противоположность Резолюту — невысокий, стройный, сероглазый юноша с каштановой шевелюрой, — упер руки в бока и нахмурился.
— Я говорю то, что думаю. А думаю я, что мы должны вытащить Ворона из этой ямы с дерьмом, где его держат, и убраться отсюда.
— Да неужели? — в серебристых глазах воркэльфа не было ни белков, ни зрачков, и поэтому Уилл никогда не мог с уверенностью сказать, смотрит Резолют на него или нет. — Есть целый ряд весьма очевидных препятствий, которые не позволят нам осуществить твой гениальный план.
— Например?
— Например, численное превосходство противника.
— Подумаешь, местные ополченцы. Мы можем проскользнуть мимо них и похитить Ворона. Ты и сам прекрасно понимаешь это.
На мгновение лицо Резолюта осветила улыбка.
— Они бросятся в погоню за нами.
— Ну и что? Мы их всех перебьем.
— Да? — лицо Резолюта окаменело. — А за что?
— Они собираются убить Ворона. Ты что, не понял этого, когда Колл Мэбли встретил нас на дороге? Они думают, будто Ворон — это Хокинс, которому давным-давно вынесен смертный приговор. Его отвезут в Мередо, король Скрейнвуд для вида проведет слушание, а потом Ворона казнят. Это несправедливо!
— Почему?
Уилл широко распахнул глаза.
— Потому что Ворон — не Хокинс. Он не Предатель, и мы не можем допустить, чтобы его убили. Если кое-кому из них придется умереть, потому что они слишком тупы, чтобы разглядеть истину, ну… иногда тупость — болезнь смертельная.
— Это безусловно так. Я, однако, не торопился бы с выводами.
Что-то в тоне воркэльфа насторожило Уилла.
— Почему?
Воркэльф выгнул бровь.