Библиотека

Дрейф (сборник) стр. 103

Размер шрифта
-
+
Тема

это еще ни о чем дурном не говорит. Может, тот любит медитировать и именно поэтому так тепло одевается?

Но мозг убеждал в одном, а сердце отбивало совсем иную морзянку. Оно сжималось, предрекало недоброе и заставляло Паштета злиться на самого себя. Заставляло с горьким сожалением вспоминать шумную коммунальную квартиру, которую они еще недавно снимали с приятелями… и преисполняться недоумением — как его вообще занесло в такую глушь, на самую орбиту города, где и улицы-то еще названий не имели?

Академ, конечно же, жил в своем ритме, от остального Новосиба отличном. Неспешном, отчасти деревенском, если кому угодно. Но мужчина внизу в

понимании Комолкина выбивался и из него. Он был слишком малоподвижен. До нереальности. До воспоминаний о детских страхах, когда спросонья принимаешь висящий на двери халат за опасного чужака, молча наблюдающего за твоим сном…

Паштет спрятал так и не прикуренную сигарету в пачку, сглотнул холодный бесформенный комок. Поднял руку, отчего-то тяжелую и непослушную, и вяло помахал одинокому силуэту на пустой стоянке. Прикусил губу, ожидая ответного жеста, но на этот раз фигура осталась неподвижной. При этом Комолкин был готов поклясться, что мужчина смотрит вверх, изучая его неубедительное дружелюбие из недр глубокого капюшона.

Соседский кот опять вопил, но на этот раз не так громогласно. Будто устал…

Весь следующий день Паштет думал про странного мужика во дворе. Про то, что так и не заметил выгуливаемую им собаку. Про то, что перед сном тот снова исчез, оборвав цепь следов так, будто вернулся по ним пятками вперед.

Суетные мысли мешали работать и грозили превратиться в наваждение. В отчеты то и дело вкрадывались ошибки. Привычная болтовня с коллегами о просмотренных фильмах или новых компьютерных играх казалась глупой и бессвязной. В сердце засела колючая заноза недоброго предчувствия. На всякий случай Паша нашел на электронной карте ближайшие отделения полиции. И травмпункты. И даже адрес части МЧС.

Распекая себя за глупые домыслы, Комолкин вернулся домой. Перед тем как войти в подъезд, внимательно осмотрел двор, погруженный в недобрые подступающие сумерки.

Огромная стоянка была пуста, пятак с аляповатым детским городком тоже. Три легковые машины, стоящие перед домом, покрылись почти растаявшими корками грязно-серого снега. На стройке горел неизменный фонарь. По двору мело гадко-леденящим ветром. В бору противно каркала ворона.

В квартиру Паша поднимался медленно, воровато, чуть ли не на каждой лестничной клетке замирая и прислушиваясь к гробовой тишине подъезда. Лампочки на этажах горели через один. За трубами наглухо заваренных мусоропроводов копились угловатые тени.

Вконец запугав себя, последние пролеты Комолкин миновал едва ли не бегом. И шумно выдавил воздух из легких, только когда за спиной щелкнул замок входной двери. Выматерившись, Паштет тут же приник к глазку, словно ожидал увидеть на пороге зловещего преследователя, но этаж был пуст…

А через пару часов, опасливо выйдя на балкон с сигаретой в зубах, он снова заметил незнакомца в пуховой куртке. И теперь уж совершенно точным было одно — никаких собак тот не выгуливал. А пунктир следов к многоэтажке удлинился еще на десяток отпечатков. Точно в сторону подъезда, в котором жил Паштет.

Незнакомец застыл возле мусорных баков, и если бы не черные отметины на снегу, вообще остался бы незамеченным. Как и в

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.