Библиотека

Другая правда. Том 2 стр. 81

Размер шрифта
-
+
Тема

довольно тщательно из материалов убирали упоминания о Щетинине. Негатив убирала, скорее всего, мать.

– Может, она и Щетинина убрала. Почему вы думаете, что это сделал кто-то другой?

– Рука другая, – усмехнулась Настя. – Если кто-то из свидетелей говорил о ее сыне что-то не очень хорошее, она удаляла эту страницу, но оставляла титульную. Ей даже в голову не приходило, что при желании можно разыскать человека и задать ему вопросы, ведь на титульной странице указываются паспортные данные, в том числе и адрес. А тот, кто пытался спрятать от нас Щетинина, о титульных листах помнил очень хорошо. Манипулятор, чистка флешки и Щетинин – эти три точки между собой связаны. Почему нужно прятать Щетинина? Потому что он был информатором ФСБ? Или потому, что он был соучастником убийства? Таким образом, к указанным трем точкам добавляется четвертая: вопрос наличия подельника. Вы сейчас меня снова спросите, почему мы не пытаемся найти мать или сестру Сокольникова, чтобы узнать у них, кому они передали флешку, ведь это так просто!

– Ну да, а вы мне ответите, что ваша задача научить меня искать ответы в материалах дела, а не действовать, как все нормальные люди. Правильно?

– Почти. Попробуйте представить, что будет, если мы пойдем вашим путем. Мы приходим к матери Сокольникова, задаем вопрос, она отвечает, что не помнит имени, какой-то журналист, или адвокат, или депутат, или правозащитник, или одноклассник, или она вообще его не знает. Это в лучшем случае. В худшем же она называет нам имя, но оно оказывается липовым, а в самом худшем варианте через полминуты после нашего ухода звонит ему и сообщает, что мы приходили и интересовались. Человек начнет беспокоиться, нервничать, и кто знает, чего еще он удумает? Пока что ему кажется, что все идет, как он задумал, по его плану, по его схеме. Разговор с вами в кафе и слова, сказанные мне на перекрестке, – вещи совершенно невинные, я даже испугаться не успела, а вы-то и вовсе обрадовались. Он дергает за ниточки – и мы послушно поворачиваемся в нужную сторону. Он умный, чертовски умный, Петя. Он легко и с блеском проделал свой фокус, заставил нас пойти к Лёвкиной и убедиться, что она и ее дружок Гусарев – это не то направление, по которому интересно идти. Манипулятор хочет, чтобы мы шли в другую сторону, только я не могу сообразить пока, в какую именно, поэтому не хочу делать резких движений. Если он поймет, что схема не работает, то может пустить в ход более тяжелые орудия. Нам это надо?

– Я понял. А вскрытые квартиры и розы? Они тут при чем?

– Не знаю. Может, и ни при чем. Но я не люблю совпадений, не верю в них, они меня нервируют. Я знаю, что они бывают, и довольно часто, но предпочитаю сначала проверить, случайность это или нет.

Настя посмотрела на часы.

– Время идет, а мы все разговоры разговариваем. Дело не двигается. Давайте работать, Петя.

* * *

Настя примерно представляла, что именно хотела найти. Где-то в первом томе были показания свидетеля, видевшего из окна, как в июне Сокольников ночью уезжал на своей машине. Следователь, как и полагается, давал участковым и оперативникам задание на поквартирный обход с целью выявления

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.