Друри Лейн (омнибус) стр. 73
с поклоном проводил актера от его автомобиля в вестибюль.
— Я к мистеру Лаймену.
Переговорив по внутреннему телефону, портье увлек мистера Друри Лейна к лифту, доставившему того на шестнадцатый этаж. Японец, продемострировав в улыбке зубы, впустил его в двухэтажную квартиру и забрал плащ, шляпу и трость. Навстречу посетителю шагнул довольно красивый мужчина с круглым лицом, белым шрамом на подбородке, густыми бровями и редкими волосами, обменявшись с ним рукопожатиями.
— Мне известна ваша репутация, мистер Лейн, — сказал Лаймен, подводя актера к креслу в библиотеке. — Незачем говорить, что принимать вас здесь для меня честь и удовольствие. Лайонел Брукс рассказывал мне о вашем интересе к делу де Витта.
Обойдя вокруг стола, заваленного книгами и бумагами, он опустился на стул.
— Насколько я понимаю, мистер Лаймен, вы сталкиваетесь с трудностями в защите вашего клиента?
Адвокат нахмурился и погладил шрам на подбородке:
— С трудностями? Ситуация почти безнадежная, мистер Лейн, хотя я делаю все, что от меня зависит. Я неоднократно говорил де Витту, что, если он не изменит свою позицию, ему конец. Но он упорствует в своем нелепом молчании. Процесс идет уже несколько дней, а я не могу ничего из него вытянуть.
— Вы ожидаете обвинительного вердикта, мистер Лаймен? — спросил Лейн.
Адвокат развел руками:
— Он кажется неизбежным. Бруно был чертовски убедителен — он опытный обвинитель — и представил жюри веские косвенные улики. Я наблюдал за этими двенадцатью людьми и видел, что на них это произвело сильное впечатление. Конечно, большинство из них просто идиоты.
Лейн обратил внимание на мешки под глазами адвоката.
— По-вашему, мистер Лаймен, отказ де Витта назвать таинственную личность, назначившую ему встречу по телефону, продиктован страхом?
— Откуда я знаю? — Лаймен нажал кнопку, и появился японец с подносом. — Выпьете что-нибудь, мистер Лейн? Шоколадный ликер? Или анисовый?
— Нет, благодарю вас. Если можно, черный кофе.
Японец скрылся.
— Скажу вам откровенно, мистер Лейн, — продолжал Лаймен, — Де Витт озадачил меня с самого начала. Право, не знаю, покорился ли он судьбе или прячет что-то в рукаве. Как вам известно, Бруно сегодня закончил обвинение, и завтра утром я приступаю к защите. Я видел судью Гримма в его кабинете после сегодняшнего заседания, и старик был более чем когда-либо сдержан. Что касается Бруно, то он чертовски уверен в себе — один из моих людей слышал, как он говорил, что дело в шляпе… Все же я всегда утверждал, руководствуясь собственным опытом, что bei so grosser Gefahr kommt die leichteste Hoffnung in Anschlag.
— Тевтонизм, достойный Шекспира, — пробормотал Лейн. — Как вы планируете
защиту?
— В настоящее время я могу представить в качестве альтернативы аргументам Бруно только предположение о подтасовке улик. Конечно, во время перекрестного допроса я уже пытался дискредитировать Бруно в глазах присяжных, напирая на его неспособность объяснить, каким образом Вуд узнал о виновности де Витта, даже учитывая тот факт, что де Витт дважды после убийства пользовался его трамваем. В конце концов, он всегда на нем ездил, что я и дал понять жюри. Но боюсь, это слабое место Бруно не сможет противостоять прямой улике в виде сигары на мертвом теле Вуда. Такой крепкий орешек нелегко разгрызть.
Лейн взял у японца чашку черного кофе