Дурная привычка стр. 209
система, существовать не может, и ей нужен постоянный приток людей и животных извне.
— Это почему? — я оторвался от еды и посмотрел на Виталия.
Тот с энтузиазмом отодвинул чашку, положил на стол лист бумаги и принялся чертить на нем графики, попутно объясняя, что тут к чему.
— Смотри (Виталий нарисовал один за другим четыре прямоугольника, как дети изображают поезд), тут — растения (в первом прямоугольник появилась соответствующая надпись), это- продуценты, они производят первичную биомассу. Далее (Виталий повел стрелку от «растений» ко второму прямоугольнику), растения поедаются травоядными (во втором прямоугольнике он написал «корова»). Затем (вторая стрелка) — хищники первого порядка («Х-I»), а за ними (третья стрелка) — второго порядка («Х-II»). Пока просто?
— Яснее ясного. — я ткнул пальцем в схему. — Одуванчик был съеден коровой, корову заломал медведь, а потом пришел человек и всех наморщил. Так?
— Именно! — Виталий удовлетворенно потер руки. — Теперь далее (под прямоугольниками он нарисовал еще один, большой, написал в нем «редуценты» и провел стрелочки к нему от каждого маленького прямоугольника), все живое на Земле имеет дурную привычку умирать. И всех их жрут бактерии, которые, в свою очередь, распределяют в почве химические вещества, которые растения используют для себя (Виталий замкнул круг еще одной стрелкой). Это понятно?
— Конечно, понятно! «Круговорот веществ в природе» называется. В школе учил. — я обмакнул оладушек в сметану и отправил его в рот, наглядно демонстрируя переход энергии из одного вида в другой.
— Не совсем так, но, по сути, верно. — Виталий отчеркнул схему и принялся рисовать под ней другую. Смотри (он изобразил длинный горизонтальный прямоугольник) — Это — растения. Для поддержания жизни одной коровы их надо очень много (над большим прямоугольником он нарисовал второй, значительно меньше и написал рядом с ним «корова»). Далее (над «коровой» появился третий прямоугольник, совсем маленький, возле которого Виталий,
пользуясь приведенным мной примером, написал «медведь»), чтобы медведю прожить долго и счастливо, ему коров надо до черта. Теперь остается человек (маленькая вертикальная черточка над «медведем»), он тоже голодать не любит, поэтому, в отсутствии другой пищи, слопает всех окрестных медведей.
— Ну и что ты хочешь этим сказать? — я с сомнением уставился на пирамиду.
— Терпение. Теперь начинается самое интересное! В Зоне пищевая цепочка выглядит иначе. В ней нет растений и травоядных. На роль тех, кого едят, в основном, назначены люди. Понимаешь? Люди! Если отсечь этот приток биомассы извне, то мутанты сожрут друг друга и передохнут. Тогда в Зоне останутся только аномалии и артефакты. Все! Представляешь?! Заповедник!
— Интересная мысль. — я озадаченно поскреб затылок. — А как ты предлагаешь перекрыть этот поток биомассы?
— Это вопрос уже другой. — Виталий довольно откинулся на стуле. — Но сама-то идея какова, а?
— Идея, бесспорно, грандиозная, — подал голос Серж, который во время нашего разговора молча ел оладьи, буквально восприняв мой совет засунуть язык куда подальше. — Только, не получится так, что появятся твари, которые будут питаться аномальной растительностью, создавая, тем самым, источник биомассы для хищников.
— Все может быть, — Виталий заинтересованно посмотрел на моего напарника. — Прогнозировать что-то в Зоне — занятие неблагодарное.
— Виталий Владимирович… — начал Серж.
— Виталий. — прервал его ученый.
— Виталий. — согласился Серж и продолжил, — Скажите…
— Скажи, — вновь перебил его собеседник. — Я не люблю официоза.
— Виталий, скажи, — в третий раз заговорил Серж, теперь уже