Дурная привычка стр. 299
А вот и проселок, по которому мы шли, пока не нарвались на засаду «Монолитовцев». Он примыкал к дороге слева, метров через триста или чуть больше после поворота.
Мы залегли под поваленным деревом на кромке леса и принялись в бинокли изучать окрестности. Чуть правее нас в низинке, виднелось болотце, раньше, видимо, бывшее озерцом. Еще дальше, за небольшим забором — какие-то постройки, похожие на ферму. По прямой, в двух километрах за болотом, над лесопосадками возвышались строения «Юпитера»… Вот
он… Только руку протянуть!..
Однако, как бы близок не был заветный финиш, не стоило забывать еще об одном правиле, выдержавшем проверку Зоной: на последних метрах особенно не спеши, чтобы на пень не налететь.
Бинокль, синхронизированный с тактическим компьютером, услужливо приблизил и показал мне позицию снайперской пары «Монолита», засевшей на одной из крыш завода. Два километра для полевого бинокля — очень большое расстояние, чтобы можно было рассмотреть что-то в деталях: подрагивание рук смажет картинку. На мое счастье, я взял из бункера не обычную оптику, а современную электронную систему, позволяющую стабилизировать изображение, сфотографировать его, померить расстояние до объекта… Да мало ли что еще умело это чудо военной техники! Пока же бинокль выделил мне красной рамкой снайпера, готового открыть огонь по цели. Я согласен был поставить любые деньги против ложки «студня», что стрелков там не двое, и вооружены они не СВДшками… «Гаусс», если с хорошим снарядом, километр перекроет. Даже не напрягаясь. А в чистом поле против снайпера, который тебя с крыши пасет… Ни подпрыгнуть, ни залечь, как говориться.
Судя по безрадостным вздохам Ледокола, он тоже понимал, что напрямую к «Юпитеру» нам не пробиться. Придется обходить. А время, меж тем, уже близилось к вечеру.
— Что думаешь? — я перевернулся на спину и уставился в хмурое небо, местами покрытое рваными хлопьями низких черных облаков. — Как дальше пойдем? Мимо снайперов тут не проскочить.
— Согласен! — Леха тоже перевернулся. — Вариант я вижу только один: обойти по краю леса, по дороге. Там, ближе к ночи, проскочим Кошаровку и выйдем к протоке. По ней доберемся до основного русла реки и дойдем долиной под бережком до следующей протоки. Переберемся на другой берег в том месте, где она в Припять-реку впадает, и также бережком дойдем до города. Если я не ошибаюсь, то выйдем к стадиону.
— Ага, выйдем! Вот тут и тут, — я указал на карте, — мосты через протоки, насколько я понимаю. Думаешь, «Монолит» их не стережет?
— Думаю, нет! — ответил Леха. — Мосты давным-давно разрушены и «Монолиту» нафиг не нужны. Никто еще в город с севера не заходил. Железнодорожная ветка Янов-Буряковка у всех считается непроходимой. Как мы через нее проскочили, ума не приложу! А на севере ребята вряд ли подвоха ждут. Там, насколько я понимаю, дальше все перекрыто аномалиями чуть ли не до Усова.
— Ага, а засаду «Монолит» в лесу просто так оставил, на всякий случай!
— Мне кажется, что мы не на засаду наскочили, а на какой-то отряд. — Леха лениво потянулся. — Если бы «Монолитовцы» там обосновались всерьез, то мы бы сейчас с тобой не разговаривали, а тихо остывали с дырками в голове. Слишком все это на экспромт похоже. Сам посуди, с чего бы это они по нам из СВД