Дурная привычка стр. 316
углу Героев Сталинграда и Спортивной. В одном из корпусов меня смутило окно на восьмом этаже. Я приблизил его. Так и есть — снайпер. Вернее — наблюдатель. Скорее всего, засада расположена где-то дальше, а это — наводчик и корректор в одном лице. Я зафиксировал в памяти компьютера подозрительное место и продолжил осматриваться. Пока я был занят разведкой, Леха прикрывал нас, так что за свою спину мне не нужно было волноваться. Дом на углу больше ничего интересного мне подарил. Вот и славненько. Дальше- само здание «Юбилейного». Пятиэтажный кубик из серых бетонных плит, когда-то крашенных, а ныне облупившихся, занимал стратегическое положение. Из его окон можно было перекрыть большую площадь. Вскоре я отметил угловое окно на верхнем этаже, в котором, как мне показалось, периодически появлялся силуэт головы.
— Леха, — я отложил бинокль. — Ситуация такая: в том доме наблюдатель, а в КБО — снайперы засели.
— А ты чего ожидал? Чаю с плюшками. Это центр города. Стратегическая точка. Естественно, что ее пасут.
— Какой ты умный, Ледокол, даже противно! Вместо того, чтобы интеллектом давить, лучше подскажи, чего делать.
— Обходить надо. — Леха отодвинулся в гущу кустов и склонился над картой. — Можно попытаться проскочить между общагой и ПТУ, а уйти дворами.
— Вряд ли получится. — ответил я и показал на схеме: — Тут, тут и тут, шестнадцатиэтажки. Они, видишь, треугольником стоят. Рупь за сто, что снайпера в них перекрывают этот микрорайон. Так что, мимо общаги и ПТУ пройти не получится — упремся в засаду. Только мимо КБО. Но, надо тихо снять снайперов.
— И как ты это сделать собираешься? Там стрелять придется. Сразу двоих бесшумно не уберешь.
— Сейчас увидишь. — я активировал камуфляж и растворился в воздухе. Ледокол, уже знавший о свойствах моего костюма, спокойно посмотрел на пустое место. — Твоя задача, Леха, корректировать мой маршрут.
— О как! А как же я тебя увижу, мил человек? Ты ж весь из себя прозрачный?
— Я пойду точно на КБО. По-прямой. Каждые пять метров буду давать тебе отсечку. Смотри в бинокль. Если что-то заметишь, сообщай.
— Рискованно это, Крохаль!
— В нашей жизни все рискованно. Пошел!
Я двинулся вперед, стараясь не отдаляться от кромки кустов под стенами общежития слева. Леха молчал, не видя на моем маршруте проблем. Я добрался до перекрестка, присел, после чего обозначил Ледоколу свое местоположение. Система близкой связи на таких расстояниях практически не работала, но пользоваться рацией я не рискнул, опасаясь, что у «Монолитовцев» есть сканеры. После моего доклада в наушниках раздался шипящий и искаженный помехами голос Ледокола: «Крохаль, справа зомби». Я повернулся в указанном направлении. С севера, по улице Героев Сталинграда шествовала пара зомби. Именно пара, потому что один из мертвяков был в брюках и драной майке, а другой (другая!?) — в когда-то синем сарафане, давно потерявшем свой яркий цвет и превратившемся в грязноватую тряпочку. Зомби, нежно прижимаясь друг к другу, вышагивали по разбитому дорожному покрытию. Влюбленные на свидании, как есть — влюбленные. Меня аж передернуло от увиденного.
Пока мертвяки не прошли мимо, я смог спокойно осмотреться. Центральная часть города разительно отличалась от окраин. Если там, где мы прошли, дома были просто старые, брошенные, запустевшие, то центр города хранил напоминания о боевых действиях. Судя по всему,