Душевный разговор. О смысле жизни, семейных секретах и утюге, который оказался вечным двигателем стр. 84
обманули…
Юра почувствовал, что его сердце трещит по швам.
– Но я готова попробовать! – заулыбалась она. – Если, конечно, у вас все-таки нет аллергии на вторые свидания.
Должок в библиотеку
Инспектор Дарья Олеговна вошла в пустой книжный зал и окинула взглядом свою новую рабочую территорию. В библиотеке пахло пылью и безнадежностью. Последний читатель был здесь несколько лет назад. Его приход приравняли тогда к визиту иностранного посла. Парню бесплатно распечатали три страницы и даже простили потерянный номерок в гардеробе – высшая щедрость, которую могла позволить себе библиотека, – но этот неблагодарный все равно не вернулся.
В дальнем углу за компьютерным столом сидела контент-менеджер Галина. Эта женщина хоть и была одного года рождения с Биллом Гейтсом, но в вопросах компьютерных технологий их с Биллом разделял минимум меловой период. Она медленно, стараясь не промахнуться мимо нужной буквы, набирала рекламный текст, а потом долго и монотонно крутила колесиком мышки, выбирая иллюстрацию для поста в «Одноклассниках». К сожалению, это были все рекламные мощности, которые могла позволить себе городская библиотека за счет государственного бюджета.
Неподалеку от Галины, за главным столом, сидела заросшая паутиной Зоя Аркадьевна, которую посадили сюда для работы библиотекарем сорок лет назад и забыли про нее. Женщина не шевелилась. Она давно приняла цвет обоев и стала частью интерьера – вроде засохшего фикуса. Инспектор три часа отпаивала библиотекаря кофе, пока ее сердце не забилось. Зоя Аркадьевна ожила и спросила:
– А Борис Николаевич еще у власти?
Дарью Олеговну послали сюда с одной простой задачей: сделать отчет о нерентабельности учреждения и подготовить документы для закрытия.
С подобной задачей нельзя не справиться. Проще было поднять со дна «Титаник» и запустить его в повторное путешествие, чем пытаться раскочегарить это место.
За большими немытыми окнами, обклеенными по контуру малярным скотчем, потирали руки и облизывались директора «Магнита» и «Пятерочки», которые собирались занять территорию. Рядом лежали без движения двое дуэлянтов: хозяева «Дикси» и «ВкусВилла», пришедшие сюда раньше остальных.
Но Дарья Олеговна не спешила. У нее был месяц на подготовку документов, а к делам женщина привыкла подходить по всем правилам.
То, что бесплатным вайфаем и дешевым кофе сюда никого, кроме оборзевшей школоты, не привлечь, было ясно даже Гоголю, который печально выглядывал из шкафа, куда поставили его бюст, чтобы не мешал.
Дарья Олеговна решила не привлекать новых клиентов, а собиралась поработать с имеющейся базой и попросила список должников.
Последние десять лет эта тетрадь подпирала шатающийся кулер, в котором произрастал пенициллин в первозданном виде.
Первая книга по списку числилась за Морозовым Лешей – пятиклассником из соседнего дома. Инспектор набрала городской номер телефона, указанный в документах. «Данный номер не обслуживается», – ответили ей, скорее всего, с того света.
Записав адрес, женщина пошла возвращать должок и самого должника в лоно библиотеки.
В квартире номер тридцать семь раздался звонок. Дверь открыл мужчина лет сорока.
– Кто вы? – поинтересовался он.
– Я из библиотеки. Вы Алексей Морозов? – произнесла, нахмурив брови, инспектор.
– Я.
– Вы книжку в библиотеку не сдали.
– А, это, должно быть, мой сын, мы с ним полные тезки.
Мужчина позвал ребенка. Через минуту появился лохматый мальчик. Судя по взгляду, который ребенок не отрывал от смартфона, и засохшим козявкам в носу – типичный пятиклассник.
– Леша