Два дня и три ночи стр. 119
я расстегнул рубашку и сдернул с горла шарф. Она побледнела. Зеркало на стене отражало мою фигуру.
– Как вам это нравится? – спросил я ее.
– Квист? – прошептала она.
Я взглянул на свое отражение в зеркале, и увиденное также не привело меня в восторг. Творение Квиста было в полном расцвете. Калейдоскоп красок украшал мою шею.
– Вот здорово! Оказывается, вы знаете его имя. А его самого?
– Я знаю их всех или почти всех. Повар рассказал мне, как во время одной из обычных пьянок Квист бахвалился, что играл в театре роль душителя и однажды, поссорившись со своим партнером из-за женщины, задушил его на самом деле. – Она совершила над собой усилие, чтобы отвести ошеломленный взгляд от моей шеи. – Я думала, он просто хвастун, – закончила она с угнетенным видом.
– А Лаворский и Стикс, по-вашему, миссионеры? – не давал ей опомниться жестокий Кэлверт. – А Жака и Крамера вы знали?
– Да.
– Я убил их сегодня вечером. Обоих. Они свернули шею одному из моих друзей и пытались убить моего шефа и меня. Перед этим я убил еще одного. Я предполагаю, что его звали Генри... Вы понимаете теперь всю серьезность ситуации? Или вы до сих пор считаете, что мы все танцуем на вашем зеленом лужке и поем: «Каравай, каравай...»?
Судя по всему, сеанс шокотерапии подействовал. Ее лицо побледнело.
– Меня сейчас стошнит, – сообщила она сдавленным шепотом.
– Сейчас не самый подходящий момент, – бесстрастно отреагировал я.
Я чувствовал себя не лучшим образом. Конечно, мне нужно было обнять ее за плечи, успокоить, убаюкать: все будет хорошо, ну-ну, маленькая, не волнуйся, дядюшка Кэлверт спасет тебя, все будет хорошо... Но, к счастью, у меня был целый набор воспоминаний, которые помогали мне продолжать экзекуцию.
– У нас нет времени играть в прятки, – настаивал бессердечный Кэлверт. – Вы хотите выйти замуж за Роллинса? Да или нет? Да? Тогда очнитесь! Когда вернется ваш отец?
Она взглянула на раковину умывальника, словно решая, стоит ли давать волю рвотному рефлексу, потом, все же отказавшись от этой мысли, еще раз оглядела меня.
– Вы такой же, как они. Убийца...
Я схватил ее за плечи и довольно чувствительно встряхнул.
– Он сказал вам, когда вернется?
– Нет. – Она смотрела на меня с отвращением. Давно уже я не доводил женщин до такого состояния. И, наверное, не скоро повторю попытку. Я отпустил ее плечи.
– Вы знаете, что делают эти люди в замке?
– Нет.
В это я, пожалуй, мог поверить. Ее отец, конечно, знал все, но мог попытаться уберечь дочь от лишней информации. Наверняка сам Кирксайд был не настолько наивен, чтобы надеяться, что хотя бы кто-нибудь из жителей замка останется в живых, но он мог попытаться внушить убийцам, что ни в чем не ориентирующаяся Сью не будет опасным свидетелем. Но если так, то старый лорд так же беспомощен, как и его дочь. А впрочем, если бы я оказался в его положении, разве не стал бы я цепляться за самую ненадежную соломинку в поисках спасения?
– Вы ведь знаете, что ваш жених жив, – констатировал я. – Так же, как ваш брат. Так же, как другие запертые здесь люди. Не так ли?
Она кивнула.
– Сколько их?
– Двенадцать. Как минимум двенадцать. Среди них есть даже дети: трое мальчиков и