Два лица Пьеро стр. 118
о своем приезде, сообщил ей день и рейс. Но он-то надеялся увидеть в первую очередь Женю! Что могло ей помешать приехать вместе с Микой в аэропорт?
– Мика?
– Господин Седов? – улыбнулась белозубо девушка. – Добро пожаловать в Болгарию!
– Спасибо… А где Женя?
– О, не беспокойтесь! – Она довольно хорошо говорила по-русски, с приятным акцентом, – С ней все в порядке, просто она спит. Плохо провела ночь, все переживала… Сами знаете, у нее много проблем.
Между тем она потащила его, взяв за свободную руку, к выходу. И стоило им только выйти из прохлады аэропорта, как они попали словно в жаркую печь. Солнце заливало всю территорию аэропорта, пассажиры и встречающие прятались под козырек, кто-то курил, кто-то поджидал кого-то. Народу было много – все-таки начался курортный сезон!
– Нам сюда! – скомандовала Мика, показывая на большую парковку в стороне. Там их дожидалось желтенькое такси. Молчаливый водитель повез их в Варну.
– Значит, с ней все в порядке? Она здорова?
– Да, не переживайте, скоро увидите ее. Представляю, как она обрадуется. Она же не знает, что вы прилетаете именно сегодня.
– Как? Почему?
– Она ночевала в своем отеле, а я – у себя. Я бы, конечно, раздобыла ей телефон, но мы с ней подумали, что в ее ситуации так, без телефона, все же безопаснее.
Судя по всему, Мика была в курсе всех дел Жени. Вероятно, именно эта милая болгарочка и приняла участие в Жене, когда та осталась без средств и документов.
По дороге она вполголоса ввела его в курс дела, рассказала, как им удалось наконец разыскать нужный отель и кто впустил их туда.
– Сестра Залетаева?
Седов, который летел в Варну, переполненный информацией и мощными доводами, будто пес с богатой добычей в зубах, чуть было не впал в панику: неужели все то, что он собирался рассказать Жене, всего лишь его очередная и ничего не стоящая слабая версия? Ведь сестра, пусть даже и двоюродная, при
отсутствии других наследников, с легкостью могла бы вступить в права наследования!
Однако Мика, щебеча, принялась словно успокаивать его, выражая свою симпатию к этой Галине. Что, мол, это поначалу она им с Женей не понравилась, вела себя высокомерно и дерзко, и вообще Женя назвала ее холодной и бессердечной жабой, но потом они поговорили и поняли, что она, в сущности, хороший человек.
– Это еще что! Она стала такая подозрительная, что ну буквально всех подряд подозревает! – Мика уже не могла остановиться в своем стремлении ввести Седова, которого она заранее уже давно уважала, в курс дела, – В отеле, где мы с Женей проживали, появился один серб! Горан! Так она, как только услышала от вас, что Олег, ну, сын ее мужа, пропал в Сербии, то сразу решила, что это он и есть… Такую истерику закатила!
– А он что? – напрягся снова Седов. – Ему сколько лет?
– Да кто ж его знает? Но он не русский. Нет, точно серб! Красавчик такой… – она невольно вздохнула. – Он переводчик. И вообще, по-моему, он влюблен в Женю. Но у них там все сложно…
И тут Мика вдруг замолчала. Осознала, что для первого раза и так наговорила много. И что про Горана ей точно не надо было говорить, особенно про его любовь к