Двадцать лет спустя. Часть 2 стр. 41
ответил принц.
— Ну что ж, война так война. Разве победитель при Рокруа, Нордлингене и Лансе не с нами?
Принц поклонился в знак благодарности.
Было три часа ночи. Королева первая вошла в замок; все последовали за нею. В ее свите было около двухсот человек.
— Господа, — сказала, смеясь, королева, — располагайтесь в замке, он просторен, места хватит на всех. Только нас сюда не ждали, и мне сообщили сейчас, что здесь всего три кровати; одна для короля, другая для меня…
— А третья для Мазарини, — тихонько заметил принц.
— Значит, мне придется спать на полу? — спросил Гастон Орлеанский с беспокойной улыбкой.
— Нет, монсеньер, — отвечал Мазарини, — третья кровать предназначена вашему высочеству.
— А вы? — спросил принц.
— Я совсем не лягу, — сказал Мазарини, — я должен работать.
Гастон велел указать ему, где комната с кроватью, нисколько не заботясь о том, где и как поместятся его жена и дочь.
— Ну а я все-таки лягу, — сказал д’Артаньян. — Пойдемте со мной, Портос.
Портос пошел за д’Артаньяном, как всегда полагаясь на изобретательность своего друга.
Они шли рядом по замковой площадке. Портос с недоумением глядел на д’Артаньяна, который высчитывал что-то на пальцах.
— Четыреста штук по пистолю за каждую, это составляет четыреста пистолей.
— Да, — сказал Портос, — четыреста; но откуда возьмутся эти четыреста пистолей?
— Пистоля мало, — продолжал д’Артаньян, — скажем — по луидору.
— Что по луидору?
— Четыреста по луидору — выходит четыреста луидоров.
— Четыреста? — спросил Портос.
— Да, их двести человек, и каждому надо, по крайней мере, две. По две на человека, всего четыреста.
— Но чего?
— Слушайте, — сказал д’Артаньян.
И так как кругом было множество всякого народа, с удивлением глазевшего на приезд двора, он досказал свою мысль на ухо Портосу.
— Понимаю, — сказал Портос, — отлично понимаю. По двести луидоров на брата, это недурно. Но что скажут об этом после?
— Пусть говорят что угодно. Да про нас не узнают.
— Кто
же займется раздачей?
— А на что у нас Мушкетон?
— А моя ливрея? — сказал Портос. — Ее могут узнать.
— Он вывернет ее наизнанку.
— Вы, как всегда, правы, мой дорогой! — воскликнул Портос. — Откуда, черт возьми, вечно являются у вас мысли?
Д’Артаньян улыбнулся. Оба друга свернули в первую улицу. Портос постучался в дом направо, а д’Артаньян в дом налево.
— Соломы! — потребовали они.
— У нас нет, сударь, — ответили хозяева, отворившие ворота, — обратитесь к торговцу сеном.
— А где его искать?
— Последние ворота по этой улице.
— Направо или налево?
— Налево.
— А можно в Сен-Жермене достать еще у кого-нибудь соломы?
— Да. У хозяина трактира «Коронованный ягненок» и у фермера Гро-Луи.
— Где они живут?
— На улице Урсулинок.
— Оба?
— Оба.
— Хорошо.
Друзья постарались разузнать адреса второго и третьего так же точно, как и адрес первого. Затем д’Артаньян отправился к торговцу сеном и приобрел у него полтораста связок соломы — все, что у того было, — за три пистоля. Вслед за тем он отправился к трактирщику, где застал Портоса, купившего двести связок примерно за столько же. Наконец, фермер Луи продал им сто восемьдесят связок. Все вместе составило четыреста тридцать связок.
Больше соломы в Сен-Жермене не было.
На эти закупки ушло не больше получаса. Мушкетону дали надлежащие указания и поручили вести эту импровизированную