Библиотека

Двенадцать поленьев стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

ходу, кивком головы он здоровался с рабочими.

 Не дойдя до верстака, круто остановился и подозвал Русакова.

 Между ними завязался разговор. Но и к нам долетали беспокойные слова.

 — В Индию ещё не отправили? — с удивлением сказал Русаков. — Вот так раз!

 Вошедший загорячился:

 — Да готова машина, совершенно готова! Но на испытании застопорилась. Пришлось забраковать одну из деталей. Совсем по-новому надо её сделать, вот, глядите! — И он развернул перед Русаковым чертёж.

 Николай Николаевич заинтересовался чертежом, принялся его разглядывать.

 Потом вздохнул и показал в сторону верстака:

 — Но у меня ещё своя работа не закончена...

 — Отложите! — перебил вошедший. — Сейчас самое главное для нас — отправить машину в Индию!

 Русаков пожал плечами:

 — Отложить, товарищ директор, недолго. Но ведь есть у нас инструментальщики и посвободнее меня. А я терпеть не могу оставлять работу незаконченной.

 Директор завода перебил:

 — И слышать не хочу! Никто, кроме вас. Штамп надо сделать за десять дней. Часа не могу прибавить!

 Русаков даже попятился, изумлённый:

 — Что вы... Такая сложная деталь... Нет, это невозможно.

 — Не верю, — настаивал директор, — не верю. Для вас, Николай Николаевич, нет невозможного. Руки у вас золотые!

 Тут я снял своих мальчиков с подставки. Шепнул им: «Николаю

Николаевичу теперь не до нас...»

 И мы ушли с завода.

1714665463_6633b7f72162c.webp

НАШИ ТРЕВОГИ

 Вот мы и дома.

 Прошёл день — мальчики возвратились из школы.

 И сразу ко мне:

 — А что дядя Русаков? Так и оставил нашу плашку? А Индия — это важно?

 Я порылся у себя в записной книжке.

 — Вечером, — говорю, — узнаем, как у него дела. Вот его телефон.

 Застал Русакова дома. Он отдыхал после работы, но всё же охотно взял трубку и на все мои вопросы ответил.

 Про плашку сказал так: «После вас, в тот же вечер, доделал её и сдал куда следует. — Спасибо, — говорит, — Алёше и Саше, трудолюбивые ребята, всем интересуются. В их, — говорит, — компании мне и работалось веселее».

 — А ещё что сказал Русаков? — заинтересовался Саша. — Отбился он от директора? Вот смешной! За десять дней чтоб... Я бы отбился...

 — Нет, — говорю, — не отбился. Николай Николаевич думает немножко иначе, чем ты. Чертёж индийской детали он взял домой. Теперь сидит над ним и раздумывает, как бы невозможное сделать возможным...

 Алёша захлопал в ладоши:

 — Значит, за десять дней надеется!

 Ещё день прошёл.

 Наступил вечер. Саша и Алёша опять тянут меня к телефону.

 Не хотелось мне беспокоить уставшего человека — да разве от мальчишек отвяжешься? Позвонил, узнал, что делается на заводе.

1714665463_6633b7f7590ae.webp

Объявляю ребятам:

 — На десять дней Русаков не согласился.

 Тут уже Саша обрадовался:

 — Ага, по-моему выходит, по-моему! Там не десять, а, наверно, двадцать надо!

 — Да, — снова говорю я, — на десять дней не согласился. Изучил чертёж и обнаружил, что штамп можно сделать быстрее, не за десять, а за девять дней с половиной.

 Саша от удивления только рот разинул. Впрочем, и Алёша не сумел произнести ни слова.

 Я продолжаю:

 — Суть в том, что Николай Николаевич знает, что такое Индия. Бывал там

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.