Двойная старуха стр. 59
чем.
А корабли Мерлина тем временем быстро неслись к берегам Великой Бретани, с парусами, надутыми ветром.
Скоро достигли они берегов и здесь, близ равнины Салисбюри, бросили якорь.
Настала тихая ночь; все уснули, утомленные долгой дорогой. Все, кроме Мерлина.
Едва встало солнце — ни одного камня не осталось уже на кораблях; длинными рядами стояли они на берегу, поднимая к небу свои острые гранитные края, в одну ночь перенесенные на берег волшебною силой Мерлина.
Так стоят они там долгие годы и будут стоять еще много лет, пока не разрушат их могучие силы природы.
Василий Немирович-Данченко
ЧЕРНЫЙ РЫЦАРЬ
IДавным-давно это было, так давно, что люди забыли даже имя Черного рыцаря, хоть в свое время немало сделал он им горя и зла! Правда, потом он опамятовался и иным человеком стал, но зло как-то помнится дальше, чем добро… И родился Черный рыцарь необычайно. Сказывают, накануне целые стаи воронья налетели на замок, где жили его отец и мать, знатные феодалы, кругом которых трепетало все, что было послабее. Налетело воронье и расселось по зубцам и карнизам стен и башен, стало в бойницы их накидываться, трепеща большими черными крыльями, унизало шпили черного замка, и даже крест над домашнею церковью его почернел — все от тех же ворон. И было так до утра, когда родился Черный рыцарь. Немного спустя, налетели другие стаи каких-то чудесных белых птиц и стали клевать ворон… Не сдались вороны, начался между ними бой на жизнь и на смерть; целый день боролись они над замком. То белое облако отгоняло черную тучу прочь, то черная туча набрасывалась на белое облако, и оно высоко подымалось в голубое, безоблачное небо. И продолжалось так вплоть до «Ave Maria»… И когда ударил колокол, и глухие звуки всколыхнули воздух, — казалось, белым птицам новую силу дали они, собралось опять белое облако и так стремительно ударило в черную тучу, что вся она, дрогнув, рассеялась на все четыре стороны, и долго еще в сумерках тихо подступавшего вечера слышались далекие уже крики воронья… Белые птицы всю ночь сидели на тех шпилях, башнях, башенках, стенах и бойницах, где еще недавно были черные их противники, — и только тогда, когда под золотыми лучами солнца заблистал крест замковой церкви, светлое облако неведомых птиц снялось и полетело в высоту. Вассалы долго следили за ним. Оно не рассеивалось, напротив — поднималось все выше и выше, пока не утонуло в ослепительном свете ярко разгоревшегося дня… Все сочли это за знамение и решили, что первую половину своей жизни молодой граф будет жесток и грозен. Станут им
владеть силы ада, темные, страшные силы, и под наитием их совершит он много преступлений; но потом случится что-нибудь особенное — и разом изменится он к лучшему.
Феодал, отец его, был владетельным графом. На всю округу он наложил свою железную перчатку. Правом жизни и смерти он пользовался в полной мере и самое рождение своего наследника отпраздновал неслыханным злодейством. Он призвал к себе астрологов, чтобы те составили ему предсказание о судьбе его сына. До самого часа появления его на свет они были заперты в высокую башню, с кровли которой следили за небесными светилами. Чем более углублялись они в эту таинственную, хотя и