Двойная свадьба стр. 50
ты скажешь про моего папу? Вы недавно познакомились, но я уверен, что ты сразу поняла: он любит Мери больше жизни. И поверь мне, так было всегда, более того, так будет и дальше.
Но она не мисс Блейк. Если мать Картера смогла сохранить нежные отношения в семье, это еще не значит, что и она сможет.
— Так к чему же мы пришли, Либерти? — спросил ее Картер. — Я буду полным дураком, если не смогу убедить тебя в серьезности своих намерений. Глупо, любя друг друга, встречаться как подростки. И дело даже не в том, что это не для тебя. Я себя уважать перестану, понимаешь?
Либерти заплакала.
— Я не знаю.
— Ты хочешь, чтобы мы расстались?
— Нет.
— Но что же тогда нам делать? Какие твои условия? Если я хочу продолжать отношения с тобой, то я не должен надеяться, что в скором будущем мы поженимся и у нас будут дети, так, что ли? — Все это он уже давно понял, но специально произнес вслух, чтобы она осознала, как это глупо звучит.
Девушка закрыла глаза и начала думать. Но мысли постоянно сбивались, она никак не могла сосредоточиться. Раньше она точно знала, чего хочет. А теперь ею управляют эмоции.
Она любит его. Она любит его сильнее, чем можно представить. Но она не может лгать или обещать ему, что когда-нибудь выйдет за него замуж.
Она боится потерять его, боится, что все пойдет не так, боится, что он попросит от нее слишком многого, боится, что его любовь быстро пройдет — и так далее и тому подобное. Но больше всего она боится того, что он уговорит ее забыть все на свете, и, тем самым, она станет полностью принадлежать ему.
— Я… я предлагаю тебе быть вместе, пока нам это нравится, — быстро произнесла она, — я, как и ты, не хочу легкой интрижки.
— То есть мы будем вместе. Конечно, до тех пор, пока мы этого хотим. А если, — спросил, ухмыляясь, Картер, — мы не захотим расставаться? Если мы захотим всегда быть вместе? Что, если нам захочется семейной жизни, деток и всего прочего?
Господи, она устала с ним спорить.
— Я не знаю, — ответила Либерти, — разве ты не видишь, что я не знаю?
В комнате воцарилась тишина.
— Иди спать, Либби, уже слишком поздно, — наконец сказал он.
Иди спать? Да он совсем с ума сошел!
— Боюсь, я не смогу заснуть, — усмехнувшись, произнесла девушка.
— Постарайся.
Картер лег в кровать и замолчал. Либерти обняла подушку. Ей хотелось кричать, плакать. Разбить что-нибудь, но уж точно не спать. Как можно забыть обо всем, что они сегодня друг другу наговорили? Спать! Нет, все-таки мужчины — непонятный народ.
Несколько минут девушка ворочалась в кровати, а затем прислушалась. Не может быть, чтобы он спал. С его кровати доносилось тихое по-сапывание. Но как же так?
По щекам Либерти потекли соленые слезы. Почему все так плохо?
Прошло еще десять минут. Девушка никак не могла заснуть. Она встала с кровати и пошла выключить лампу, которая все еще горела в углу комнаты. Затем попила воды и снова вернулась в постель. Оттуда она наблюдала за Картером. Он лежал на животе, обнимая подушку. Его лицо было повернуто к ней. Волосы топорщились в разные