Библиотека

Дырка для ордена стр. 138

Размер шрифта
-
+
Тема

никого это не волнует. (Хотя лично я это отнюдь не приветствую.)

Мы же – интеллектуальная элита нации, я бы сказал, нам конспирировать незачем. Все, о чем мы на своих «средах» и «пятницах» рассуждаем, в любой газете и журнале хоть завтра напечатать можно.. – Барон сделал простодушно-хитроватое лицо и закончил: – Только – зачем?

– И вправду – зачем? Это вы тонко подметили. Одним словом – я с вами, – сообщил Ляхов, погружая ложку в желтоватую, с пятнами жира и плавающими ломтиками лимона поверхность селянки.

– Кстати, – сказал наконец барон, отодвигая пустую тарелку и утирая со лба обильный пот, – пора бы вам и с другими

коллегами познакомиться. А то вы только свою группу знаете да зачем-то со всякой творческой интеллигенцией якшаетесь. А в их компаниях трудно что-нибудь умное услышать. Да вы и сами в этом имели возможность убедиться..

«Знает, все знает, – подумал Ляхов. – „Историк“. Или Салтыков доложил, или у них вообще все под контролем..»

– Так что милости просим к нам. Вот, кстати, послезавтра состоится очередная гусарская вечеринка.

Компания действительно была представительная. И «академики», в том числе и старших курсов, и просто гвардейцы высоких чинов. Сбор состоялся в огромной старинной квартире на Волхонке, занимающей чуть ли не целый этаж, где легко поместилось человек двадцать гостей и хватало места для буфета с холодными закусками, ломберных столов, бильярда, уютных уголков для приватных бесед.

Держались все раскованно и одновременно аристократически сдержанно, совершенно как в английском клубе. Главное, среди этих людей Вадим мгновенно освоился, почувствовал, что здесь можно говорить то, что думаешь, и не бояться, что тебя не так поймут. Не то что в «актерском» доме.

Здесь никому ничего не надо было растолковывать, темы подхватывались на лету, испытывались на прочность и вкус и так же легко и быстро сменялись новыми.

Ляхов заметил, что здесь куда выше ценилась остроумность и парадоксальность постановки вопроса, нежели основательность и глубина.

Да и то не на теоретическом ведь семинаре разговор идет, а в компании добрых друзей, собравшихся для приятного времяпрепровождения в кругу подобных себе военных эстетов.

Когда в разговоре вдруг мелькнуло это слово, Вадим совершенно к месту сообщил, что еще в давние гимназические времена они с товарищем разработали классификацию человеческих типов, где имелись виды и подвиды: «быдло», «хам» просто, а также «хам, возомнивший о себе» и «хам грядущий», верхние же строки табели занимали «интель», «эстет» и «эстетствующий эстет».

– А что, весьма недурно, господа..

– Я бы даже сказал – зверски тонко..

– Отчего бы не принять на вооружение? Кратко и исчерпывающе..

– А любопытно бы узнать, к какой категории вы тогда относили себя, полковник?

– Скрывать нечего, дело прошлое, – со смехом ответил Ляхов, – мы были ребята, цену себе знающие, но самокритичные. Наша видовая принадлежность была – «эстет-хам».

– Что же, для восемнадцати лет вполне достойный статус..

Вадим подумал, как отвечать, если кто-нибудь спросит, как он оценивает себя в нынешний момент, но здесь собравшиеся люди в этикете понимали побольше его, поэтому тему сочли исчерпанной. Обратились к якобы уже готовому проекту отмены обязательного строевого ценза для «академиков» и повышения окладов денежного содержания чуть ли не вдвое сразу..

Но вот закончился вечер неожиданно.

Хозяин дома, авиационный генерал-майор, хотя и не достигший сорокалетнего рубежа,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.